Синтонимы. Четвертый лишний

Кастилия отвела в сторону несколько ветвей, и Ангела заметил, как позади девушки играет в свете бирюзы маленькое озеро, что окружило дерево. На водной глади подросток не видел своего отражения – такова особенность этой воды. На дне под покровом светящегося ила таились прозрачные округлые камни. Ландиниум потянулась к одному из них, и вода вокруг ее руки расступилась в стороны. Она достала шарообразный камень и поднесла его к изумленному Ангеле.

«Так вот откуда они».

– Это Слеза Ивы. Положи на нее руку, – прошептала Ландиниум, словно боясь вновь потревожить покой воды.

 – В зависимости от появившегося цвета мы поймем, являешься ли ты синтонимом.

Ангела положил ладонь на камень. Сестры с раскрытыми ртами в ожидании чуда наблюдали за поведением Слезы. Она засветилась, не приняв ни один из вероятных цветов. Сомнений у хранительниц элементов не осталось.

– Господи, – Райбин отшатнулась назад, – ты действительно наш племянник.

– Выходит, Мелани все-таки с кем-то связалась? – напряженно саму себя спрашивала Эрзария.

 – Я и рада, и нет. Законом запрещено бессмертным связываться с людьми, ибо дети от такого союза тоже рождаются бессмертными, но в них больше человеческих черт. К тому же Мелани – не чистокровный представитель элемента.

– Что вы хотите этим сказать? – спросил Ангела.

– Мелани, безусловно, представительница нематериальной стихии, которую мы зовем «Человечностью», – начала ответ Кастилия. – Больше тысячи лет назад один юнец посадил здесь персиковую косточку, принесенную из внешнего мира.

Дерево росло около сотни лет, вбирая энергию из почвы Леса Мерцаний. Мы не знали, что из этого выйдет. Все мы рождены из деревьев, росших здесь и только здесь. Никакой связи с человеческим миром у нас не было. Все мы, сколько себя помним, не имели детства или старости. У нас нет возраста и такого понятия, как старение.

– Мы долго наблюдали за этим деревом, – продолжила Райбин, – пока однажды не услышали детский плач. Мы были в ужасе, когда нашли под слоем мягкой коры младенца. Мы поняли, что нашей пятой сестре больше присущи человеческие черты, а потому мы…

– …отнесли ее к людям, – заключила Эрзария.

 – Мы сделали это по нескольким причинам: во-первых, пятой стихии существовать не может; во-вторых, она рождена человеком, тогда как мы рождались воплощением стихии, и только после нам давалось человеческое обличие.

– Именно поэтому она вас возненавидела? – спросил Ангела.

– Нет, что ты! – спохватилась Ландиниум. – Мы никогда ее не бросали.