Воскресни за 40 дней

Сейчас она ходила из стороны в сторону, прикрыв глаза. Дрожащей рукой обхватила лоб и направилась в гостиную. По дороге она случайно зацепила салфетку на тумбе, и стеклянная статуэтка ангела разбилась вдребезги. От испуга мы оба подпрыгнули. Эту фигурку подарила покойная бабушка в день моего рождения. Это была последняя сохранившаяся память о ней.

– Это все ты виноват! – закричала она.

Мама опустилась на колени и начала нервно собирать осколки. Один из них ранил ее ладонь. Стекло окрасилось кровью. Она тихо заплакала, нагнувшись над разбитым ангелом.

– Ненавижу тебя… – прошептала мама. – Это из-за тебя моя жизнь пошла наперекосяк.

Она забивала в меня эти обидные слова, как гвозди. В груди защемило, глаза застила пелена слез.

«Почему мама меня ненавидит? Что я сделал? Почему слышу подобное от самого близкого человека?»

– Ты как камень на пути, который мешает проехать! Зачем мне такой сын?! Из-за тебя я тут! Из-за тебя я потеряла любимую работу! Из-за тебя выгляжу старше своих лет.

Мною не интересуются мужчины! У меня нет подруг! Взгляни, как я себя извела из-за тебя! Ты не должен был рождаться! Твое появление на свет – ошибка. Ошибка, которую легко можно исправить, и мне уже все равно, каким образом. Если ты не исчезнешь из моей жизни, я убью тебя!

После каждой выкрикнутой фразы она всхлипывала. Глотала слезы и продолжала собирать острые осколки. Потом закрыла лицо окровавленными руками.

Я хотел умереть. Еще ни разу в жизни это желание не было настолько сильным.

Нет, это даже не желание. Это необходимость.

Не было другого выхода. Лишь сейчас до меня дошло: с самого рождения я был одинок. Меня воспитывали только по необходимости, меня не окружала настоящая родительская ласка, в моей жизни не было ни дня без семейных сор. У сверстников была совсем другая, нормальная жизнь, и это единственное, в чем я им завидовал.

Я всего лишь обуза.

Все улыбки фальшивы, слова – обман, поступки наиграны, существование после осознания этого… бессмысленно.

Я выбежал из дома.

Не оглядываясь назад. Думая только о смерти. Лишь она могла заглушить горечь от утраты веры в жизнь.

Я не чувствовал ног. Бежал так, как никогда в жизни. Меня едва не сбила машина – ну и пусть! Все равно не успел бы пожалеть о содеянном. Мне было все равно, что меня ждет там, откуда никто никогда не возвращался. Точно одно – там не будет лжи.

Я добежал до кладбища на обрыве. Дождь омывал надгробия, поил траву и усугублял чувство одиночества.