Зазеркалье Нашей Реальности

Когда он только начал работать на нее, Грета загорелась желанием завести детей, но не хотела прибегать к «принципу пробирки». Прошло время. Желание услышать детский смех превратилось для нее в одержимость, и вот однажды она пришла к Каспару с предложением: деньги за возможность получить здоровых детей. А он в непонятном для себя порыве предложил ей руку и сердце.

– Мне нужно в клуб, – проговорила Шарлотта хрипло, и Каспар благодарил бога, что в этот раз вспышка ее гнева прошла так быстро. – Сегодня приедет проверка.

– Кстати об этом. Не расскажешь, почему моя дочь мечтает стать проституткой?

– Она даже не знает, кто это и что они делают. Так что будь спокоен. – Шарлотта направилась к двери в дом, но развернулась и спросила: – Не доверяешь мне?

Недолгое молчание в ответ пошатнуло ее непоколебимую самоуверенность.

– Я люблю этих девочек как своих, Каспар. Они как… наследие Греты. В них я вижу ее. Я сделаю все, чтобы они были счастливы и ни в чем не нуждались, ведь тебе, как вижу, нет до них дела.

– Шарлотта, это не так…

– Нет-нет, – ее лицо приобрело невинное выражение, – раз уж ты не доверяешь мне, то давай проедем в клуб. Я покажу тебе, где находятся малышки, пока ты со своим принцем просиживаешь штаны в Букингемском дворце.

Если Шарлотта что-то затевала или решала доказать, то сопротивляться не стоило. Спустя десять минут она вновь вышла во двор в алом костюме с широкими острыми плечами и глубоким вырезом на груди.

– Садись в свой страшный «Форд» и езжай за нами. Девочки, прокатитесь со мной?

– Да, тетя Шарлотта! – крикнули они в унисон.

В глубине души Каспар радовался недолгой передышке от девичьих споров и недовольств. Неоднократно он признавал, что разбаловал дочерей, и теперь не знает, как с ними справиться.

Они доехали до клуба. Два этажа порока, за стенами которых Каспар в редких случаях появления здесь чувствовал отвращение, но дочери, только выйдя из машины, восхитились видом зеркального здания.

– А они нас видят оттуда, изнутри? – спросила Ульрике.

– Нет, милая. Это специальное черное стекло. Мы никого не видим, и они нас тоже.

– Здорово!

Они прошли в клуб и вдохнули сладкий клубничный аромат. Потребовалось время, чтобы привыкнуть к темноте и мерцающим неоново-синим огням. На счастье Каспара, зал не предназначался для встреч с клиентами.