Как приручить герцогиню

Изабелл почувствовала, как все внутри сжалось в тугой комок. Так всегда бывало, когда на лице матери появлялось подобное выражение, поскольку всегда оказывалось, что она, Изабелл, в чем-то виновата.

– Маргарет, ты можешь идти. – «Убирайся отсюда, Маргарет», – вот как это звучало.

– Нет, останься, Маргарет. – Изабелл никак не могла поверить, что посмела возразить матери.

Судя по выражению лица той, ей тоже было трудно в это поверить.

– Если желаешь. Хотя то, что я намерена сказать, не предназначено для ушей незамужних девушек, – заявила графиня, поджав губы.

– Тогда я тем более останусь, – заявила Маргарет, устраиваясь на кровати поудобнее.

Неожиданно Изабелл поняла, что это ее последняя ночь вместе с сестрой. Нет, они, конечно, будут видеться и в будущем, но только больше никогда не будут лежать в одной кровати, шепотом делясь самым сокровенным.

Маргарет, должно быть, почувствовала страдание сестры. Она всегда чувствовала ее настроение. А графиня уверенно расположилась в кресле рядом с кроватью и начала вещать:

– Есть кое-что, что тебе следует знать, Изабелл, выходя замуж, – провозгласила она, а Изабелл почувствовала, как все ее внутренности сжались еще сильнее.

Что ж, утешила она себя, если внутри все будет сжиматься так сильно и дальше, ей определенно не понадобится корсет.

Завтра все же наступило, хотя Изабелл всем сердцем желала, чтобы этого никогда не произошло. Она ничего не смогла съесть – только выпила чашку чая (приготовленного так, как велела графиня), и некоторое время гоняла вилкой по тарелке кусочки яйца.

Хорошо хоть родители были слишком заняты, чтобы следить за ней. Ах, если бы только их невнимание было вызвано чем-то другим, а не днем свадьбы!

Ей позволили выйти к завтраку в пеньюаре – единственный раз, когда родители допустили несовершенство в ее одежде. Но дело в том, что ее свадебное платье было идеально белым – спасибо королеве Виктории, которая, очевидно, была уверена, что невеста ничего не прольет на платье в день своей свадьбы.

Мать Изабелл была женщиной осмотрительной, поэтому невеста и оказалась за завтраком в пеньюаре.

– Ты готова? – спросила Маргарет, прикоснувшись к изысканной прическе сестры. Горничная графини издала тяжелый вздох и что-то поправила в том месте, которого коснулись пальцы Маргарет.

– Думаю, что да. – Изабелл разгладила и без того лишенное каких-либо морщинок платье.