Пляж

– Эй, – обратился он к нам, – а вы слышали о жареной крысе по-кентуккийски?

Я нахмурился. Это было похоже на новый розыгрыш. Я подумал, что если Этьен опять поведется, то я заплачу. У меня перед глазами все еще стояло его лицо, когда он рассказывал о своем красном велосипеде.

– Нет. А что это такое? – осторожно спросил я.

– Одна очень известная история.

– Городская легенда, – добавил Сэмми. – У кого-то в горле застряла косточка. А потом оказалось, что это была крысиная косточка.

– Да. Это случилось с двоюродным братом тетушки одного моего друга.

Такое не случается с человеком, с которым разговариваешь.

– А, – сказал я. – Ясно.

– Сейчас эта басня очень популярна. Но есть еще одна история. Хотите послушать?

Я кивнул.

– Про пляж. Про изумительный пляж, затерявшийся где-то – никто точно не знает где.

Я отвернулся. У самой воды мальчик-таиландец играл с кокосовой скорлупой, подбрасывая ее в воздух коленями и боковыми сторонами ступней. Он сделал неловкий удар, и скорлупа упала в воду.

Несколько секунд он стоял – наверное, раздумывал, стоит ли окунаться ради того, чтобы достать скорлупу. Потом побежал по песку к гостинице.

– Правда? – обратился я к Зефу. – Никогда не слышал. И что этот пляж?

– Лучше будет так, – сказал Зеф. – Я нарисую вам картину. – Он снова улегся на песок. – Закройте глаза и представьте себе лагуну, которую не видно со стороны моря и с проплывающих мимо лодок благодаря изогнутой гряде высоких скал. Потом вообразите пляж с белым песком и коралловые рифы, которые никогда не страдали от взрывов динамита или рыболовных сетей.

На острове, покрытом джунглями (не таиландскими лесами, а именно джунглями), множество водопадов с пресной водой. Трехъярусные шатры из листвы, тысячелетиями нетронутые растения, птицы с причудливым оперением и резвящиеся на деревьях обезьяны. Община избранных путешественников целыми месяцами живет на белых песках, ловит рыбу в коралловых рифах. Кто хочет, тот уезжает; кто хочет, возвращается обратно. Лишь пляж остается таким же, как и раньше.

– Община избранных? – тихо, как сквозь сон, переспросил я. Картина, нарисованная Зефом, полностью захватила меня.

– Да, избранных, – подтвердил он. – Молва молвой, но доходит она лишь до немногих счастливчиков.

– Это просто рай, – пробормотал Сэмми. – Эдем.

– Эдем, – согласился Зеф. – Очень подходящее название.

Франсуаза была совершенно обескуражена тем, что Сэмми и Зеф тоже знают о существовании пляжа.