Таинственные истории

Однако психологический эффект оружия ошеломлял: летит на тебя огнедышащий дракон, изрыгающий пламя, какая разница, куда заряд угодил… Главное – пока не в меня, так что лучше не дожидаться, пока этот дракон в меня пальнет, а бежать подальше…

При одновременном использовании воздушных змеев и ракет противник не сомневался в том, что у китайцев на вооружении стоят прирученные драконы. Тем более, что ракеты запускались по три и больше сразу – возмжно, отсюда и пошли сказки о трехглавых драконах, помогавших татарам (впрочем, о многоголовой гидре говорится еще в греческих мифах).

Не сохранилось данные о количестве ракет, разрывавшихся при старте (особенно при использовании выдолбленных стволов бамбука) или падающих на головы своих же солдат из-за нарушения траектории полёта. Наверно, таких неудач было много, но успешных запусков было достаточное количество – иначе бы ракетное оружие не использовалось долго и широко.

XX. Об иерархии обществ

Не поддаётся учёту количество опытов с мышами и крысами, поставленными для определения уровня их интеллекта, моделей поведения и психологических особенностей.

Общепризнано также, что результаты исследования поведения этих милых созданий принципиально не отличаются от поведения человека – разница лишь в физических размерах количестве участников процесса (на нашей планете крыс в миллион раз больше, чем людей).

Среди многочисленных любопытных экспериментов есть классический: шесть крыс сажают на островок.

Неподалёку – в пределах видимости – на крючки вешают кусочки еды. Чтобы получить еду, крыска должна переплыть холодный пролив, снять еду с крючка и вернуться на остров, потому что в воде покушать не удаётся.

Опыт проводится во всех странах, на всех биологических факультетах, во всех лабораториях мира… А результат всегда один и тот же: Две крысы всегда плывут за едой, приносят её на остров, где две других тут же еду отнимают и поедают, оставляя двум работягам только объедки.

Ещё одна крыска тоже никогда не плавает, но подъедает крошки, оставшиеся недоеденными после того, как насытились первые четыре крысы. Последняя плавает за едой, возвращается и поедает еду сама. Никогда не делится ни с кем (крошки за ней, конечно, может подъесть та, что сама плавать не решается).

Те две рабочие крысы, которые плавают за едой для двух «паханов», могут общаться со своими хозяевами. Та, что подъедает остатки, никогда ни с кем не общается.