Байки из канадской истории

Врач по фамилии Russell (очевидно, англичанин?) обследует пациентку 12 ноября 1671 года и выносит решение «она не беременна».

17 ноября 1671 года приговор приведён в исполнение. Франсуаза Дюверже повешена, тело выставлено напоказ, по тогдашнему обычаю, на неделю, для устрашения потенциальных убийц.

Примечание Пуши: Коты у них наверняка были. Со вдовцом остались?

1690: Спасти рядового Ришара или как поступают настоящие девушки

В былые времена, надо признать, девушки были не чета нынешним. За мужика – в огонь и в воду! Это теперешние выйдут да сигаретами до ближайшего киоску, а по пути влюбятся в кого-нибудь, и поминай, как звали.

А вот как в конце XVII века в Квебеке одна невеста поступила.

Собирались люди на войну. А так как во всей стране проживали тысяч 7-8 колонистов, включая детей малых и старушек в чепчиках, то мобилизовали в армию поголовно всё мужское население. И то, индеец наседал, поселенцы отступали с боями, заставляя злобного врага оплачивать кровью каждый метр захваченной территории.

Но сил не хватало, и ирокезы уже рассматривали в бинокли башни столицы.

Вождь квебекского народа героический граф Фронтенак (тот самый, чьё сердце после кончины по завещанию было отправлено вдове в Париж – впрочем, та оказалась достойной современных вертихвосток и сердце не приняла – мол, при жизни я его не видела, и теперь не хочу)… Да, так вот, Фронтенак повелел провести призыв даже 17-летних юнцов – отечество в опасности, к оружию, граждане, ирокез у ворот!

И решил Фронтенак ополчение в лес послать, чтоб с тылу, значит, ирокеза потрепать.

Забрили в солдаты одного паренька. А надо сказать, была у него невеста, по имени Аннушка, по фамилии Эмонд. Вся из себя пригожая, да хорошая. Вот узнала Аня про то, что жениха на фронт отправляют, и пригорюнилась. Но долго горевать не стала, а сообразила, что делать: раздобыла девушка мужескую одежду, переоделась, лицо сажей измазала, явилась к графу и говорит грубым голосом: – Я тут из лесу домой шёл намедни, так завидел, как рядом с городом индейцы да англичане таятся, ножи точут.

Как только армия наша из города выйдет, так они тут как тут, всех и порежут. Ты, граф, лучше никуда армию не выпускай, пущай в стенах хоронится.

Фронтенак было поверил, да только в последний момент «мужик из лесу» неловко повернулся, ресницами моргнул, тут Фронтенак и сообразил, что дело неладно. Разоблачил Аннушку, ухватив её за грудь. Та взвизгнула, не готова оказалась к такому обороту.