Опасная ложь

– Так надежнее, – пробормотал он.

Думаю, Райан с математики был последним человеком, которого я хотела бы видеть во главе этой операции. Райан Бейкер, который не понимал разницы между синусом и косинусом. Который вместо того, чтобы писать конспекты на уроках, разрисовывал себе руки бессмысленными витиеватыми узорами. Мое будущее было в руках человека, который не знал даже основ тригонометрии. Что, если он перепутает угол? Не рассчитает время? Как можно доверять человеку, который не понимает, что такое прямоугольный треугольник?

Ремень был пристегнут под прямым углом.

Ветки, машина и скала – всюду углы. Как говорится, применение на практике. Страх: умереть сегодня. Буквально через минуту. Хуже: если я шевельнусь, то могу убить Райана Бейкера.

– Что ты вообще тут делаешь? – спросила я.

– Я пожарный-доброволец.

– Мне нужен настоящий пожарный, – сказала я высоким сдавленным голосом.

– Я настоящий.

– Другой!

– Поверь, я только за. Но я самый легкий.

Меньше шансов, что дерево не выдержит.

Он это сказал: машина может упасть. Они тоже это знали. Им пришлось придумывать целую операцию. Падение и смерть – реальные события, которые могут произойти прямо сейчас.

– Не такой уж ты и легкий, – возразила я.

Он был значительно выше меня, широкоплеч, скорее поджарый, чем мускулистый, но уж точно не легкий. На глаза у меня навернулись слезы, я стала молиться: «Господи, Господи, Господи». Но под нами все равно хрустнула ветка.

– Все будет хорошо, – твердил Райан. Как будто пытался убедить сам себя.

Я попробовала глубокое дыхание – Джен показала его маме, а мама научила меня. Машина качнулась, я схватилась за руль, машина замерла, и я уж было успокоилась, но затем она снова качнулась и накренилась вниз. Учащенное дыхание Райана было слышно через сиденье.

– Возможно, самое время прекратить, – сказала я.

Если он и ответил, то я ничего не услышала из-за рева пилы или чем там они пытались вырезать багажник, а от скрежета металла у меня дрожали внутренности и ломило зубы.

Райан схватил меня за руку – чтобы успокоить или чтобы я не шевелилась, не знаю.

Я не парализована, я в сознании, я не истекаю кровью, я не тону. И вдруг шум прекратился, и через плечо пролезла рука Райана. Он протягивал мне ремень с зажимом.

– Надень это вокруг пояса. Осторожно.

У нас обоих тряслись руки. Я взяла ремень, истерически смеясь.