Книжные странники

Можете жевать ее, пока вас снова не накормят. Но не проглатывайте! Наверно, это чуточку поможет.

– Спасибо, – пробормотал Оливер.

И мальчики у меня над головой тут же разделили все поровну.

Я расслышала еще, как кто-то сказал:

– Но завтра пусть Оливер спросит, почему нам снова дали такие маленькие порции.

И вот я уже опять лежу в кровати. В доме бабушки. В двадцать первом веке.

«Я выбрала тебя, – молвила Принцесса. – Преклони колено».

Рыцарь подчинился приказу.

«Клянешься ли ты найти и убить Чудовище, клянешься не обрести покоя, пока не защитишь меня, твою Принцессу? Клянешься ли своей жизнью?»

Рыцарь поднял глаза на Принцессу, увидел ее точеный носик, выразительный изгиб бровей, нежный румянец.

Красота ее была совершенна.

Рыцарь подумал, как счастлив был бы до самой смерти видеть перед собой лишь это лицо.

Словно ангел стояла Принцесса перед ним.

И никто не посмеет причинить этому ангелу страдания.

«Клянусь своей жизнью», – произнес Рыцарь.

4

Между строк

Занятия следующим утром принесли одно разочарование, едва успев начаться. Я надеялась снова залезть в «Книгу джунглей». А вместо этого мы прослушали двухчасовую лекцию Глена о книжном мире. Он говорил, что предназначение книжных странников – защищать литературу, для нас это и честь, и бремя. Предупреждал, что персонажей строго-настрого запрещено приводить во внешний мир, но в особых случаях все-таки можно – например, спасая от катастрофы, – однако потом они, конечно, сами должны вернуться в книгу.

Еще Глен обстоятельно пояснил, что все книги граничат друг с другом и соединены дорогами, по которым можно попасть из одного произведения в другое, а если повезет, то и в так называемую «Строку» – место между строк, куда частенько наведываются персонажи, когда они не задействованы в сюжете. Он успел поведать и смешные случаи, произошедшие с какими-то нашими предками из-за совершенных ими глупых ошибок. Глен со всей серьезностью предостерегал нас: последствия изменений появляются в каждом печатном экземпляре книги. В каждом печатном экземпляре?

Бетси с Уиллом, конечно, это раз сто слышали. Уилл, скучая, пялился на обложку своей «Собаки Баскервилей». Мне кажется или книга за ночь стала тоньше? А Бетси как будто нашла наконец свое призвание в том, чтобы поддакивать каждому слову Глена. Она то и дело кивала или произносила что-нибудь вроде «именно», «так и есть», «этому ты научишься когда-нибудь потом, Эми».