Барон с улицы Вернон. Дуэт Олендорфа. Книга третья

– «Нашей дорогой Джесси Эйли Гудвин, в память о днях проведённых в церкви Святого Михаила…», – перевёл на русский язык надпись доктор, – но это явная подделка, – усмехнулся он недоверчиво, – чернила не могли так долго сохраняться, столько времени, в воде!

– Это не подделка, – ответил старик, – чернила могут сохранять свежесть очень долгое время и вода вовсе не та причина от которой настоящие чернила расплываются и исчезают. Да и живущий в начале 21-го века человек, обязательно не учтёт то, что в 1912 году в Англии писали немного по другим правилам, не тем что сейчас.

А вот сколько именно времени эта книга пробыла в воде, это ещё вопрос.

– А что с Джесси Эйли? – посмотрел врач на старика.

Старик вздохнул.

– Она погибла. Вместе со всей своей семьёй. Ей было десять лет.

Он помолчал.

– Я верну эту Библию и эти вещи одному её родственнику, который её помнит. И девушку тоже забираю с собой.

– То есть, – подумал врач и отдал книгу старику, – за Джесси Эйли Гудвин она выдавать себя не может?

– Она и не выдаёт себя за неё, – кивнул старик, положил в чемодан Библию и кубики и закрыл его, – она даже не знает кто такая Джесси Гудвин.

Постарайтесь, чтобы от неё не осталось никаких следов.

Старик достал телефон и набрал номер.

– Гарольд? – коротко проговорил старик, – это я. Я очень срочно жду тебя у нашего друга в Харькове. Точнее – мы ждём тебя в Харькове. Похоже, что надо снова… вернуться на «Титаник».

Глава 3

ХАРЬКОВСКАЯ ОБЛАСТЬ; СТАРЫЙ САЛТОВ

НЕСКОЛЬКО ЧАСОВ СПУСТЯ

Это была дача недалеко за городом.

Небольшой деревянный домик с камином и большими светлыми окнами, за высоким забором. От самого входа до ворот росли высокие сосны, по всему огромному двору. А дорожка между соснами была устелена деревянными мостками, ведущими от калитки прямо к высокой веранде, которая служила порогом дома.

Катя долго не могла прийти в себя. Она сидела за столиком на веранде и больше молчала, слушала тишину, смотрела в небо по которому бежали белые облака.

Старик расположился в кресле качалке прямо у входа, читая свежие газеты, а хозяин дома, с виду весёлый и задорный, Борис Борисович, не спеша колол щепу для самовара, время от времени полушутя переговариваясь со стариком.

– Эх, давно у нас не было гостей, – говорил Борис Борисович глядя на старика, – жена скоро приедет, она и присмотрит за Катюшей.