Барон с улицы Вернон. Дуэт Олендорфа. Книга третья

Катя даже заслушалась…

– «Белой акации гроздья душистые

Вновь аромата полны,

Вновь разливается трель соловьиная

В тихом сиянии яркой луны…»

Маяковский был не такой, каким она его себе представляла. Он оказался лучше. Он был мягкий, весёлый, добрый и обходительный. Он словно берёг Катю, стараясь везде оказаться раньше и сделать всё, чтобы Кате понравиться.

Сейчас она рассмотрела его ближе. Большие глаза были не глазами злого гения, а добрыми глазами волшебника. Не было никаких здоровенных кулачищ кузнеца.

Были руки, тонкие, изящные пальцы пианиста, в которых он ловко удерживал чёрную трость с серебряной шишкой.

Когда Катя Маяковского впервые увидела, она ожидала услышать громогласный бас, но… прозвучал мягкий и нежный голос. Его голос сейчас казался Кате самым-самым тихим и спокойным. Да он таким и был.

– Вы скучаете, – прервал её размышления Маяковский.

– Нет, – улыбнулась Катя, – слушаю как поют. И даже не знаю кто это.

Она усмехнулась посмотрев на Маяковского.

– Начинающий певец, – ответил Маяковский, – приехал со мной из Киева. Саша Вертинский. Он уже выступал на одном вечере, вместе Шаляпиным. Но успеха, рядом с маэстро, не имел.

– Боже, тут такие люди, а я и не слышала о них! – рассмеялась Катя.

– Никто не знает судьбы другого, не говоря уже про себя, – улыбнувшись, кивнул Маяковский Кате, – я слышал вы собираетесь в Америку?

– Уже совсем скоро. На следующей неделе будем выезжать, – ответила Катя.

– В начале, как я понимаю, поедете железной дорогой? – спросил Маяковский.

– Да, билеты уже взяты, – кивнула Катя.

– Всенепременно приду Вас провожать, – ответил Маяковский, – и обязательно принесу Вам самый лучший букет. Какие Вы любите цветы?

– Розы, – улыбнулась ему Катя, – но зачем же букет?

– Чтобы скрасить Вам тоску в пути, – улыбнулся Маяковский.

Он подумал.

– А что в Америке?

– Мы не надолго, – сказала Катя, – может на год. Эрик хочет убедить одного человека поддержать его дело.

Он ведь занимается синематографом и уже давал сеансы. Но мечтает про большой зал и широкий экран. А наши харьковские мещане его не понимают и считают, что маленького сарая в переулке достаточно. Вот он и решил, что Арно обязательно поможет ему с деньгами.

– Арно, скорее поможет Эрику создать собственную студию, – подумал Маяковский, – хотя он не бедный человек и я бы сказал, в некотором роде фанатик. Эрик не говорил о своих проблемах.