Безмятежный лотос у подножия храма истины

В целом ничего сложного, но Чуньтао, кажется, был потрясен до глубины души:

– Шисюн просто невероятен! Раньше я считал, что придумать зеркало или карандаш очень трудно, но теперь понимаю, что для шисюна это сущие пустяки! Если уж он даже все звезды может посчитать всего за одну ночь, то земные дела для него и вовсе ерунда!

– На самом деле звезд намного больше, я считала только те, что могу увидеть. Но кроме этого есть множество звезд, которые слишком далеко, чтобы их заметить. К тому же галактики, которые отсюда кажутся такими небольшими, могут состоять из миллиардов звезд, а туманности, в свою очередь, могут содержать в себе несколько галактик.

А помимо этого звезды постоянно рождаются и умирают. Прямо в этот момент какая-то из звезд может взорваться, но мы увидим это только через тысячи лет, так как свету от этого взрыва потребуется столько времени, чтобы преодолеть разделяющее нас расстояние. Поэтому каждый раз, глядя в небо, на самом деле мы наблюдаем историю тысячелетней давности.

Проговаривая это, Вика почувствовала какое-то странное ощущение в животе чуть выше пупка.

Внутри будто бы скапливался жар, и хоть чувство не было неприятным, девушка потерла живот. Однако ощущение лишь усилилось, и через несколько секунд шокированная Вика увидела, что ее тело начало светиться.

– Что?! – Договорить она не смогла, потому что неведомая сила вдруг подняла ее в воздух.

Волна непонятного жара и света прокатилась по всему телу, распространяясь от живота вверх и вниз. Причем волна была так сильна, что у Вики с волос даже сорвало ленту и длинные тяжелые пряди взметнулись в воздух, рея в потоках несуществующего ветра.

Свет становился все сильнее и сильнее, пока не обратился белой ослепительной вспышкой.

А мгновение спустя неведомая сила ослабла, свет исчез, а Вика осталась стоять посреди комнаты.

– Что это было?! – потрясенно спросила она у Чуньтао, смотрящего на нее едва ли не квадратными глазами.

– Шисюн только что поднялся на новую ступень, – почему-то шепотом ответил тот.

Девушка хотела спросить, что за ступень такая, а потом сообразила: шиди говорил о стадиях совершенствования.

– А на какой ступени я была раньше?

– На третьей ступени Зарождения Духа, – еще тише ответил Чуньтао.

– А почему шепотом? – на всякий случай так же тихо спросила Вика.

– Шисюн всегда ужасно сердился, если кто-то говорил о совершенствовании.

– Почему?

– Шисюн уже около ста лет находился на третьей ступени и никак не мог прорваться на следующую.