Контуженный: АДАПТАЦИЯ

– А вдруг там есть какие-нибудь записи?

– Это возможно. Без меня туда не лезьте. Освобожусь, вместе проверим, – согласился Лакин.

– Хорошо, Шир, как скажешь, – отозвался Румб и направился к выходу из отсека.

– Офицер Шир, – прозвучал в динамиках голос искина, – прошу пройти вас на мостик.

Сибурианец, изучавший данные медицинского сканера, удивлённо поинтересовался:

– Это с каких это пор я стал офицером?

– Насколько я понимаю, командир Сол отмечал всего четырёх членов экипажа в особом порядке, вас, Румба и Сергея, ну, и улгола по имени Зиц.

Так как вы находились постоянно в рубке корабля, я могу считать, что вы наиболее доверенное лицо.

– Чего тебе надо? – не очень дружелюбно поинтересовался Лакин. – Ты что, не видишь, что я занят?

– Офицер Шир, через пятнадцать минут корабль выйдет из гиперпрыжка в назначенной точке, ваше присутствие на мостике необходимо.

– То есть ты что, будешь выполнять мои приказы? – удивился Стакс.

– Таков протокол при выходе из гиперпрыжка, необходимо присутствие разумного в рубке корабля.

Это стандартное требование для принятия необходимых решений при возникновении опасности, – пояснил искин.

– Да знаю я всё это, знаю, не учи учёного. Сейчас подойду, на всякий случай присмотри здесь за Солом.

– Я и так непрерывно присматриваю за командиром и, к сожалению, отмечаю отрицательную динамику его состояния.

– Я и сам это вижу, ладно, будь внимательнее, – сказал Стакс и направился к выходу из медицинского отсека.

Через семь минут он уже усаживался в командирское кресло, профессиональный взгляд пилота пробежался по пульту управления и экранам с выведенной на них информацией.

Основные показатели корабля находились в норме, таймер отсчёта выхода из прыжка показывал последние минуты, и Лакин приготовился.

– Искин, дай связь по кораблю.

– Выполнено, связь активирована.

– Внимание всем, говорит Шир, через пару минут выходим из гипера, мы не знаем, что там происходит, поэтому всем советую добраться до своих скафандров и быть наготове.

Если что, сразу сообщу.

Последние минуты тянулись на удивление долго, обычно сибурианец чувствовал себя спокойно при пилотировании кораблей, только вот практически всегда он совершал свои путешествия в одиночку, его работа не предполагала публичности. Никто не знал, как он выглядит, а те, кто по каким-либо причинам узнавал, надолго не задерживались на этом свете.

– Выход из гиперпрыжка через три, две, одну. Выход, – сухо доложил искин.