Контуженный: Каторжанин

Возможно, именно так чувствовали себя гладиаторы, когда выходили на песок Колизея и отдавали салют императору. Та же толпа на трибунах вокруг, только нет песка и императора. Вернее, он есть, но где-то далеко и ему нет никакого дела до того, что тут происходит. Радует одно, мне не выдали дыхательную маску, значит, состав воздуха у нас с противником одинаковый, и есть шанс, что с каким-нибудь ксеносом мне сражаться не придется. Бой с незнакомым противником штука крайне неприятная, а с людьми сражаться я умею.

– Десятый поединок на Арене! – послышался хорошо поставленный голос, который объявлял бойцов, – перед вами новичок, он в первый раз выходит на бой, Джон Сол, рейтинг общественной опасности – 2.

Публика немного пошумела, приветствуя меня, а я попытался найти глазами тех, с кем пришел сюда, сделать это не составило особого труда, Румб и Культя с интересом наблюдали за мной со своих мест. Раздался еще один всплеск криков, и я, обернувшись, увидел, что на Арену выходит мой противник, довольно крупный мужик, повыше меня будет, габариты тоже соответствующие.

Серьезный противник, такого недооценивать не стоит.

– Его противник, десять боев на Арене, Каа Бан, рейтинг общественной опасности – 30, – голос замолк, а вот на трибунах возникло оживление, этого бойца явно знали и в данный момент шумно приветствовали, предвкушая его очередную победу.

Мой противник поднял руки над головой, приветствуя толпу, и покачал ими, я заметил, что его меч подлиннее и потяжелее моего, да и, судя по всему, убивать этот здоровяк обучен неплохо, раз столько раз уже выходит.

Если у него рейтинг тридцать, то он в этот раз шесть человек убил, а если учесть, что это десятый бой, то, как минимум, человек сорок-пятьдесят он завалил точно. В этот момент моя самоуверенность дала незначительную трещину, и внутрь закрался маленький червячок сомнения.

Раздался сигнал, означающий начало поединка, и мой противник, не спеша, пошел на меня, он довольно неплохо управлялся с клинком, несмотря на свои габариты.

Внезапно что-то в его внешности привлекло меня, что-то знакомое. Нет. Этого просто не может быть, он же мертв. Как, так? Я видел перед собой своего старого боевого товарища, с которым меня свел «Галантус».

– Кабан? – удивленно спросил я, когда до него осталось всего два метра.

– Да, а ты кто? – прорычал он в ответ.

– Кабан, это же я Джон Рембо, Женя Соловьев, ты что, не узнаешь меня?

– Джонни? – удивленно вытаращился на меня Кабан.