История – страшнее некуда!

Наступает благословенная тишина.

Этот миг настал!

Я блаженно откидываюсь на подушки, держась за вздутую щеку и думая о личном стоматологе. Психиатр уже стоит на втором месте в списке мысленно нанятых специалистов, временно потеряв в моих глазах востребованность. Мои глаза неумолимо слипались…

Неожиданно грохнула входная дверь, и мой диван продавился под чьим-то весом. Я открыл глаза и привстал, удивлённо разглядывая сидящего рядом со мной жутко недовольного чем-то Яшу.

– Если вы все думаете, что я снова полезу в эту пыточную, то глубоко ошибаетесь.

Я свободный конь! И мне не место в железной клетке на колёсах! Поэтому поднимайся и найди мне кучера. Я, так и быть, готов послужить обычным людям!

Я взвыл и обречённо опустился обратно на уже не казавшиеся такими мягкими подушки.

Стоматолог и психиатр в моей голове радушно пожали руку только что прибывшему скорым рейсом психологу.

– Ну что же… – миролюбиво протянула Мария Михайловна Цук, вызванный на дом стоматолог, складывая ведь свой скарб обратно в небольшой железный чемоданчик и кивком головы разрешая мне закрыть рот, – упали, я вам скажу, вы, Валентин, удачно.

Причем буквально! Рост зуба мудрости сопряжен с некоторыми проблемами, так что вам очень повезло, что вы смогли избавиться от него так быстро. Но вот десны у вас прям совсем никуда! Надо лечить! Я вам название хорошего ополаскивателя напишу. Воспаление снимет. И на время лучше пока от замороженных продуктов отказаться.

Я усмехнулся, мгновенно представив себя в обнимку с рожком мороженого или с родным эскимо.

Такое развитие событий казалось мне нелепым и смешным. Еще бы – несолидно же!

Пожилая женщина зорко посмотрела на меня и проницательно заметила:

– И нечего думать, что такого с вами может и не случиться! Всё бывает когда-нибудь. Но даже если такое случится в ближайшее время, помните про десны. Вставная челюсть – не приговор, но вам о ней пока рано думать. А вот о мороженом не помешает, – специалист задорно подмигнула мне, отчего-то обменялась вдруг с Яшей рукопожатиями и удалилась, напоследок кивнув тому на прощание.

Дурдом какой-то.

Я отложил компресс на стол и отхлебнул травяного чая, который заварила мне добрая женщина. Боль почти утихла, речь стала узнаваемой. Жалко, правда, зуб.

«Упали, я вам скажу, вы, Валентин, удачно…» – неожиданно вспомнились мне слова женщины, и я невольно расплылся в горькой улыбке, поправляя под собой подушку.