Времена грёз

В последний раз, когда она говорила со мной откровенно, я услышала фразу: «Я будто все еще ребенок, у которого здесь нет места.»

Год назад.

Пока мы стояли на крыше многоэтажки, я думала, знает ли Слава, что со мной случилось тогда в вузе? Говорил ли ей кто-то, что я почти вышла замуж? Дошли ли слухи о том, что сделал со мной этот монстр? Безумно сильно хотелось с ней поговорить, но все, на что хватало сил, это улыбаться и поддакивать, цепляясь за рукав Макса. Где же взять силы, когда это так нужно? Может, после прыжка пригласить ее в кафе?

После.

Похороны и организация передачи квартиры дальним родственникам легли на мои плечи, кажется, я единственная, кто был к ней близок когда-то. Макс знал нас обеих с детского сада, но он тоже так и не сдружился с моей бесшабашной соседкой.

После того, как все закончилось, он предложил мне выйти замуж. Испугался, что может так же легко потерять и меня.

ЗНАКОМСТВО

– Госпожа, уже утро, завтрак подан, – горничная вошла в комнату и поставила на письменный стол поднос с завтраком.

Я еле открыла глаза и, с ужасом осознав, где нахожусь, потратила большую часть сил, чтобы не застонать от боли в мышцах. Вчерашний день не прошел бесследно, оставив мне напоследок ломоту в теле и слабость, как после болезни. Глаза слипались, безнадежно хотелось спать, но новая странная жизнь не собиралась ждать, заставляя меня примкнуть хотя бы к будничным хлопотам.

Сев в постели, я рассеянно огляделась.

Комната выглядела достаточно просто, но уютно. Бежевые обои с почти незаметными узорами, деревянные панели из темного дерева, массивная резная мебель из дуба. В углу примостился грузный шкаф, письменный стол у окна оказался слегка потерт, на полу коричневый ковер с коротким плотным ворсом без рисунка. Такая обстановка могла быть и в моем мире, и даже в моем времени, но все равно ощущалась некоторая неправильность интерьера. Запоздало я поняла, что мне недостает хотя бы намека на провода и электроприборы. Лампа на столе и абажур под потолком работали будто бы сами по себе.

Когда я остановила взгляд на горничной, мне невольно захотелось разговорить ее, но я не представляла, что спросить. Наверно, стоило бы извиниться перед ней, наверняка остались синяки, но обида, словно яд, растекшийся по сердцу, подсказывала, что она может быть причастна к моей трагедии.

– Госпожа, если вы задержитесь, господин Каин будет зол.