Руководство для девушек по охоте и рыбной ловле

Я пытаюсь вызвать его на откровенность – бесполезно.

– Ты такая юная, – говорит он мне. – Даже для своего возраста юная.

Описывать меня мне у него получается добродушно и как-то даже почти по-отечески.

Я завожу свою обычную песню: про дружную любящую семью, про традиции, в которых выросла. И неожиданно даже для себя признаюсь:

– До Джейми я боялась секса.

Я бы продолжила, однако Ив мягко касается моего запястья, нежно проводит по коже пальцами.

Я тоже испытываю желание – и все же убираю руку. Не из страха, не из любви к Джейми – просто этого требуют мои представления о приличиях.

После ужина я сама вызываюсь помыть посуду. Ив вытирает. Он сидит на стуле и наблюдает, как я счищаю с тарелок остатки еды. Я чувствую его взгляд.

– Не смотри на меня так.

– Где карты? – доносится голос Беллы. – Можно сыграть в покер.

Ив выносит на веранду карточный столик. Белла готовит «фишки»: оливки и пластмассовые шпажки-зубочистки.

Я рассказываю Иву, что играть меня учили бабушка с дедушкой.

В детстве.

– Наверное, это не настоящий покер, а местечковая версия.

Белла перебивает:

– Давайте начинать.

– Я в карты не очень умею, – снова говорю я.

– Ну покер – это не совсем карты, – замечает Джейми. – Это игра на умение распределять деньги.

Каждый кладет в центр стола оливку.

– Семикарточный стад, хай-лоу? – спрашивает Белла.

Она раздает каждому по две карты рубашкой вверх и одну вверх картинкой.

– Хоть объясните мне правила, – прошу я. – Как у вас тут положено распределять деньги?

Ив начинает:

– Вот: пара, две пары, три пары вида… – Он запинается и смотрит себе на руки.

 – Есть стрит, флеш…

– Делают ставки, – подсказывает Белла.

– Это игра на мозги. – Джейми ставит на кон оливку.

Игра меняется с каждым раундом, и я оставляю всякие попытки разобраться. Мысленно назначаю себя Главным Неудачником – в кино такие проигрываются в пух и прах, а потом спасаются от кредиторов, убегая по крышам вагонов. Ставлю на кон уже не оливки, а шпажки.

Сдает Ив; он удивляется, что я пасую, однако карты мои видеть не может. Одними губами шепчу ему: «Пусто». И пожимаю плечами: ну вот так не везет.

Зной все сильнее. На конец весны совсем не похоже – скорее на середину лета. Белла переодевается в черное платье без рукавов, облегающее, как гидрокостюм. Ив то и дело встает, чтобы подлить нам. Свои карты он всякий раз забирает и носит с собой до бара и обратно, иногда засовывая в карман шорт.