Черный клан. Магия крови

– Еще вопросы по драконности есть?

Со стула поднялся длинноволосый парнишка в кожаной жилетке.

– Разрешите офф-топ? – спросил он, краснея. – Черный и глубинный драконы – одно и то же или все-таки разные названия одного вида?

– Вопрос ярко демонстрирует вашу безграмотность! – хамски заявил Идолищев. – Никаких глубинных драконов не существует в природе. И что это за среда обитания – «глубины» – хотелось бы мне знать? Черный же дракон – хорошо изученный, хоть и довольно редкий вид, один из самых неприятных. Черные драконы коварны, злобны и жестоки.

Живут обычно поодиночке, ибо не переносят общества себе подобных. Своих детенышей пожирают, чтобы в будущем уберечься от конкурентов. Именно поэтому черных драконов, к счастью, немного. Для обитания предпочитают темные, пропитанные негативной энергией места: болота, дремучие чащобы, заброшенные стройки, канализацию… В бою весьма опасны, отличаются подлостью, любят поглумиться над жертвой. Плюются серной кислотой… Иногда бывают радиоактивными…

– Это про нас! – прошептал я на ухо Ники, давясь от хохота.

– Заткнис-сь! – зашипела на меня Ники.

Она внимательно слушала старого вруна. Точно так же ему восторженно внимал весь зал. Некоторые даже конспектировали.

Мне стало противно наблюдать, как Идолищев цинично вешает лапшу на уши доверчивым «дракантропам», и я принялся бродить взглядом по залу. На стенах через равные промежутки висели картины, изображающие – кто бы мог подумать? – драконов. Мастерство художников в целом было невысоким, зато сюжеты самые разные – от слащаво-романтических до тупо-кровожадных.

Большая часть просто изображала дракона во всей красе. Драконы парили среди грозовых туч, восседали на вершинах гор, возлежали на кучах золота, разрушали замки, скалились, испускали пламя, что-то там делали с девственницами…

«Слабые уродливые существа воплощают свою мечту о красоте и силе», – подумал я, испытывая неприязнь ко всем присутствующим в зале, к лектору в особенности.

Никаких драконов тут и близко не пролетало. Обычный человеческий молодняк.

Наверняка это работа Грега, подумал я в сердцах. Небось велел Ники отвести меня в этот притон, чтобы навсегда отвратить от общения с себе подобными.

С ощущением, что меня кинули, я потихоньку вышел из аудитории. В тошнотворном табачном дыму и сумраке галдели какие-то юнцы. Я протиснулся через толпу и устремился в сизый туман.

Попал я удачно – коридор закончился дверью в бар. Точнее, в кафетерий, потому что спиртное в нем не продавали.