Любовь & Война

– На самом деле она сказала, что если будет музыка, то пусть ее приглушат хотя бы доски пола и ковер. А если вдруг шум будет слишком сильным, она задернет балдахин кровати и выпьет стаканчик бренди, чтобы поскорее заснуть.

– Вот эти слова больше подходят той деятельной теще, которую я знаю. Но она на самом деле передала бразды правления домом тебе? Анжелика, наверное, чувствует себя обделенной, – заметил Алекс, взяв жену за руку.

– Мы с Анжеликой немного поговорили. Она понимает, что есть… причины, по которым она не может играть роль хозяйки этого дома в обозримом будущем.

Алекс кивнул. Он знал – знал то, что не мог сказать даже жене, – что она говорит о Джоне Черче и ореоле тайны или, скорее, скандала, который его окружает. Он жаждал избавить ее от мысли, что Джону или Анжелике есть чего стыдиться, но его сдерживали определенные обязательства, из тех, что не подвержены влиянию ни уз брака, ни даже любви. И забота о безопасности Континентальной армии была одним из них.

– Однажды, – сказал он, тщательно контролируя голос, чтобы не вызвать у жены ненужных подозрений, – небольшое и, смею заметить, довольно замкнутое общество Олбани осознает, что мистер Черч – такой же преданный друг Америки, как и любой ее гражданин, чьи предки приехали сюда сотню, а то и более лет назад.

 – Он оглядел собравшихся гостей. – Хотя следует заметить, сегодня оно вовсе не кажется мне небольшим. Кто все эти люди?

– Поскольку мама вынуждена оставаться в постели, никто не отвечал за приглашения.

А вот Пегги, Анжелика и я отправили свои – и, как выяснилось, мама тоже. Похоже, сегодня здесь вдвое больше гостей, чем на нашем последнем большом балу, помнишь? Зимой 77-го года?

– Ты о том вечере, когда я встретил тебя и мое будущее счастье было предопределено навеки? Вы сомневаетесь во мне, миссис Гамильтон! Не будь вы моей женой, я был бы вынужден вызвать вас на дуэль. – Его голос смягчился, и он рискнул запечатлеть легкий поцелуй на кончике носа жены. – Хотя, должен признаться, вы уже похитили мое сердце, поэтому стрелять просто не во что.

Решимость Элизы ослабла, и она прильнула к нему, с радостью растворяясь в родных объятиях, пока их не прервали.

– Я нашла их! – воскликнул женский голос. – Так вот где вы прячетесь!

5. Пятно, поглотившее Нью-Йорк

Особняк Скайлеров

Олбани, штат Нью-Йорк

Апрель 1781 года

Элиза обернулась и увидела, как к ним подходят Пегги и Анжелика – у каждой в руках блюдо с выпечкой.