Леди приказывает жить

Не осталось никого, кто захотел бы подарить хоть частицу тепла. Или…?

Сарга вздрагивает, как от удара, за секунду до того, как Раг вскидывает глаза. Откуда он знает, куда смотреть? Все целители – отличные менталисты. А он когда-то был лучшим целителем Островов. До того, как лорд Махананда сделал его палачом.

Горящий взгляд впивается ей прямо в душу. Она невольно сопротивляется, но хрупкий барьер тут же сметает безжалостный ураган. И, обмирая, слышит прямо в голове знакомый голос:

– О, я помню, что вы неплохой менталист, леди Мрадиман.

С вами всегда приятно пообщаться. Было приятно, – поправляет он сам себя, и в спокойном голосе прорезается горечь. Сарга тянется на отзвук тщательно скрываемой боли и внезапно внутренние щиты поддаются. Волна чужой чёрной тоски захлестывает Саргу. Она задыхается, хватая воздух ртом.

Раг удивлён и раздосадован. Его ресницы дрожат, но лицо хранит бесстрастное выражение. Понимая, что он сейчас снова замкнётся, Сарга мысленно кричит:

– Лорд Тивра! Неужели вы не можете придумать никакого выхода? Я не верю.

Лорд Тивра! – и требовательно глядит в серые глаза.

– Не вижу смысла, – устало говорит он. Очень странно слышать голос и видеть при этом его плотно сжатые губы. Короткая фраза взрывается в душе Сарги, и она полностью теряет над собой контроль. Дикая ярость, отчаянная, злая, вспыхивает пожаром и сминает его щиты, поглощает разум. Он дёргается, пытается сопротивляться и впервые не может. Её гнев сильнее – гнев волчицы, которая находит своего волка умирающим.

Этот гнев словно цунами, гигантская волна из слов и картин.

– Как вы смеете! Сдаваться после победы, когда проклятый маг больше не властен над вами! Как последний слабак! Вы, который сильнее почти всех здесь присутствующих! Не позволю! Думайте, думайте, лорд Тивра, я уверена, у вас есть решение!

Ей кажется, что она хлещет его по щекам. Образ яркий настолько, что она на миг теряет связь с реальностью.

И в этот момент что-то меняется в его душе. Усталая покорность превращается в глухое раздражение.

Твёрдая стена встаёт на пути Сарги. Лорд Тивра медленно, но неумолимо вытесняет её из своего сознания.

Она возвращается к реальности. Запястья горят, браслеты чакрават нагрелись так, что кожа под ними покраснела. Сарга не обращает на это внимания. Она видит отчётливую дрожь его рук, чувствует, как тяжело ему удерживать на лице безразличную маску.

– Дерзкая девчонка, – мысленно шипит он, приходя в себя. И вдруг меняет тон:

– Вы правы, леди Мрадиман.