Рыцарь леди Элеоноры

– Именно так…

Он отогнул перчатку и поцеловал ее запястье с такой нежностью, что по телу пробежала теплая волна. Затем Хью резко отступил, поклонился, пристально посмотрел ей в глаза, развернулся и вышел из комнаты.

Глава 2

Предсвадебная неделя стала сложным и ужасным временем. Наконец настал день, предшествующий важному событию. Хью думал о том, что завтра станет мужем непокорной леди Элеоноры Таллани.

Они вместе отправились на прогулку, дававшую возможность осмотреть владения.

Хью искоса посмотрел на Элеонору, ехавшую рядом на лошади с дамским седлом. Она была немного бледна, но выглядела великолепно в шерстяном зеленом платье с отделкой серебряной нитью. Царственная поза, прямая спина, высоко вскинутая голова и надменный взгляд.

– Куда предпочитаете отправиться сегодня, леди Элеонора?

– Куда пожелаете, – сухо произнесла она.

Хью с трудом удалось скрыть разочарование.

– Я полагаюсь на вас, ведь вы знаете эти места лучше. Но осмелюсь предложить отправиться на север. Дворецкий сказал, что природа там дивная, а с холмов открываются изумительные виды.

– Как пожелаете. – Она равнодушно пожала плечами.

– Я бы пожелал, чтобы бы вы рассказали мне больше. Например, о Таллани. О землях, о том, как живут в деревнях люди.

Она резко повернулась к нему, нервно сглотнула и заговорила, по-прежнему рассеянно, почти без эмоций.

– Расспросите управляющего – Гилберта Клеймора. Он предоставит вам любую необходимую информацию. А теперь давайте посмотрим, на что способны эти лошади. – Она приподняла бровь и улыбнулась.

Ах, опять эта фальшивая улыбка. Хью едва не застонал. Он и теперь знал о леди Элеоноре не больше, чем в день знакомства. Поведение Элеоноры Таллани расстраивало его не меньше, чем в дни ожидания аудиенции.

И эта женщина станет его женой. Женой, с которой ему предстоит жить в любви к Богу…

Совершенно очевидно, что его ухаживания претят ей, как и перспектива выйти за него.

Ухаживания? Это просто смешно. Хью надеялся, что проведенное вместе время позволит лучше узнать леди Элеонору, заставит ее смягчиться, а она относится к этому, как к неприятному и болезненному кровопусканию. Между тем он желал большего. Даже легкий, почти целомудренный поцелуй в ее гостиной, скрепивший их помолвку, пробудил удивившее его желание.