Попробуй поймать

Как тебе?

Я почесал затылок:

– Думаю, можно. Ты уж явно больше понимаешь в гуманитарных науках, а я, наоборот.

Мы показали друг другу, что именно надо делать, и приступили. Тишина, витающая между нами, не казалась неловкой. Слышалось тихое шуршание от страниц книг и тетрадей. Иногда уголки моих губ поднимались от подглядываний, как Стеф нервно грызет кончик ручки. Видимо, это её успокаивает. Так мы просидели около часа, и то сделали лишь по одному предмету: долгов накопилось много.

– Я уже проголодалась, – она посмотрела на меня своими темными глазами с искоркой азарта в них.

– Аналогично, – поддержал я.

– Я предлагаю заставить этих двух предательниц заказать нам пиццу.

– Как месть?

– Как бедные, голодные дети, запертые с кучей домашнего задания! – ответила она и встала. – Идем?

Я сдержано кивнул, но в своей душе радовался как ребенок возможной горячей пицце.

– Думаешь, они нас послушают? – уточнил я.

– Они же не монстры, – пожала плечами Стеф.

– Они заперли нас с кучей домашнего задания еще и вместе, – сказал я, ядовито улыбнувшись.

Девушка смотрела на меня пару секунд:

– Ладно, они монстры.

Перескочив через пару последних ступенек, она оказалась внизу. Она была лишь в носках, но грохот прошелся по моим барабанным перепонкам от её прыжка.

– Стефани! Я же тебя предупреждала, чтобы ты не прыгала через ступени! – крикнула миссис Джонс.

Девочка из детства закатила глаза, сложив руки на груди и ждала меня, пока я вальяжно спускался.

– Тебе ничего не сказало, что я голодная?

– К чему вопрос?

– К тому, чтобы ты поторопился!

Я улыбнулся и стал спускаться еще медленнее.

– Дурак! – выругнулась она и продолжила ждать.

Когда я наконец спустился, она в припрыжку шла на кухню, я за ней. И откуда в ней столько энергии? Когда мы показались на кухне, мамы оживленно болтали. И остановились, заметив нас.

– Неужели всё? – удивилась мама, смотря на свои наручные часы.

– Мы хотим кушать. Закажете пиццу? – Стефани упиралась руками на стул, стоя на носочках.

– За какие заслуги? – спросила женщина.

– За то, что мы ваши любимые дети, – прелестная улыбка появилась на лице.

Я подумал «прелестная»? Только не говорите это Грейс, она слишком ревнивая. Удивительно, что год мы жили на расстоянии. Как она это выдержала?

Женщины призадумались, переглядываясь между собой. И в конечном итоге согласились.