Сон наяву

Борис похолодел: все, отец пришел. И как теперь быть?

– Привет, папа.

– Привет, Борис! Ты как, все в порядке?

– Да, вот на обед приехал, давно не видел тебя.

– А вчера разве мы не виделись?

Борис смущенно заулыбался:

– Да я уже успел соскучиться.

Его правая рука нервно дергалась. Отец это видел, но не подал виду.

– Ладно, не хочешь – не говори. А где Петр? – прозвучал самый страшный вопрос.

– Сейчас придет. Он в магазин пошел.

– Хорошо. А я пока разогрею чего-нибудь.

Отец пошел на кухню, а Борис включил телевизор, чтобы не было слышно подозрительных звуков.

Минут через пять выглянула Анастасия Петровна и махнула рукой. Пока Борис преодолевал эти несколько метров до комнаты, он испытал наивысшую точку стресса, боясь услышать страшную новость. Во рту у него пересохло, сердце бешеным маятником пыталось пробить дыру в груди. Какая участь постигла его брата?

Он увидел Петра и испытал неимоверное чувство облегчения. Как, оказывается, дорог ему братишка! Целая вечность прошла в ожидании его возвращения… Борис подошел и обнял ничего не понимающего брата.

– Ну, привет, путешественник!

– Привет. Вы все же освободили меня!

– Да, это Анастасия Петровна тебя спасла. И тише, пожалуйста, отец дома. Он ничего не должен узнать.

– И что же я не должен узнать? – входя в комнату, спросил отец.

– Пап, у нас тут небольшой секрет, ничего особенного. У нас уже могут быть небольшие секреты. Ты же понимаешь, дело взрослое.

– Ага, взрослое! Ну, ладно, взрослые тогда пошли обедать.

Он поздоровался с Настей, она ему понравилась – простая и, видно, интеллигентная девушка. Настя взяла со стола первую попавшуюся книгу и, извинившись, сказала, что ей нужно идти. Они попрощались, и Настя ушла.

– Петр, ты такой сонный. Как ты в магазин-то ходил?

Нужно было срочно спасать ситуацию, и Борис ответил за Петра:

– Пап, я думал, что он еще где-то бродит, а оказалось, он пришел и тихонько опять спать завалился.

– Все ясно. Пошли, Петруха, на кухню.

– Сейчас, пап. Ты иди, мы сейчас догоним.

Отец ушел, а брат остался.

– Ну, как ты? – спросил Борис.

– Да ничего хорошего. Ну тебя с твоими снами! Я уже не знал, что делать: мой друг проснулся, а я внутри, забыл, через какой центр выходить, и вообще не мог сориентироваться. Думал: все, застрял здесь навсегда – это единственное, что хорошо запомнилось из твоих наставлений.

– А почему ты винишь только меня? Ты же сам напросился, так ведь?

– Ну, да.