Крестики и нолики

Она сразу меня узнала.

– Ты сын Макгрегоров, верно?

– Да, миссис Хэдли.

Ей не надо было спрашивать. Она и без того знала, кто я.

– Чем могу помочь? – От ее голоса все кругом подернулось инеем.

– Я только что узнал о случившемся. Мне бы хотелось повидать Сеффи, если можно.

– Тебе не кажется, что ты и так уже достаточно натворил? – Я оторопел, и миссис Хэдли продолжила: – Я полагаю, мою дочь избили за то, что она вчера села за твой стол. Можешь собой гордиться.

Я только замотал головой. Слова не шли.

Надо хоть что-то сказать – но что?!

– И, насколько я понимаю, ты отвернулся от нее и прогнал, – сообщила миссис Хэдли. – Это так?

Миссис Хэдли ничего не поняла. Никто ничего не понял. Даже Сеффи.

– Может быть, мне следовало и дальше приглашать ее за наш стол? Я же знал, что будет. Поэтому и не хотел, чтобы она сидела с нами. Других причин нет.

– Это ты так говоришь. – Миссис Хэдли отвернулась и двинулась вверх по лестнице.

– Если бы я принял ее за нашим столом с распростертыми объятиями, вы бы первая осудили и ее, и меня! – крикнул я ей вслед.

– Сара, проводите этого… юношу. И проследите, чтобы его нога больше не ступала на порог моего дома.

Миссис Хэдли отдавала распоряжения, даже не оборачиваясь. Просто поднималась по лестнице – безмятежно и аристократично.

– Пожалуйста, позвольте мне увидеться с Сеффи! – взмолился я.

– Вам пора уходить, – извиняющимся тоном сказала мне Сара.

– Прошу вас…

– Извините. – Сара мягко, но настойчиво оттолкнула мою ногу носком туфли и захлопнула дверь.

Я устало провел ладонью по лицу, покрытому испариной. Никто ничего не понимает. Никто.

Особенно я.

Глава 17

? Сеффи

По ящику абсолютно ничего не показывали. Тоже мне, выбор! Идиотские мультики, тупая викторина, новости или фильм про войну. Я со вздохом включила новости. Уставилась в экран невидящим взглядом. Ведущий заканчивал рассказывать о банкире, попавшем в тюрьму за мошенничество, потом стал рассказывать про троих грабителей-нулей, которые разбили витрину роскошного ювелирного магазина и скрылись с драгоценными камнями, украшениями и часами почти на миллион.

Почему, если преступления совершают нули, всегда подчеркивают, что это были именно нули? Банкир был Крест. Об этом ведущий ни словом не обмолвился.

– Кто это сделал?

Я повернулась и увидела свою сестру Минни.

– Кто, Сеффи? – повторила она. – Кто тебя избил? Кто бы это ни был, я убью его.