Трилогия Мёрдстоуна

 – А что именно?

Она по-учительски вздохнула.

– Мне самой нелегко, окей? Но давайте коснемся основ. Филип, почему вы пишете романы для детей, простите, юношества?

– Боже, ну и вопрос. Ну то есть… Вы же мой агент.

– Да, за грехи мои. Итак. Вы пишете для детей, потому что наделены уникальным пониманием травмы детства. Никто, то есть вообще никто и никогда не писал о сложнообучаемом ребенке столь проникновенно и поэтически, как вы в «Первом у финиша». Чудесная, чудесная книга. Совершенно заслуживает все полученные награды.

Открыла новые рубежи. Заставила синдром Аспергера выглядеть круто.

– Последнем, – сказал Филип.

– Что-что?

– «Последнем у финиша». Вы сказали «Первом».

– Прошу прощения. Как бы там ни было, вы сделали всю эту область, ну, понимаете, неадекватных мальчиков, вашей вотчиной. Возможно, именно поэтому-то теперь никто больше такого не пишет. Своими пятью прелестными проникновенными романами вы сказали все, что тут можно было сказать.

– Ну, черт, даже не знаю. В смысле, в новой книге, по-моему, я вышел в совершенно новое, гм, измерение…

– Вы это о футболе?

– Ну, не просто о футболе…

– Футбол – это круто, – сказала Минерва. – Сразу плюс к продажам.

– Да, но книга, разумеется, на самом деле не совсем про футбол.

– Именно, и это Проблема номер один, окей? Миленький, вы когда-нибудь играли в футбол?

– Ну, нет, не то чтобы, но…

– Так я и думала. Но, собирались сказать вы, это неважно, потому что «Удаление» на самом деле не про футбол.

Оно про ранимого приемного мальчика смешанных кровей и с проблемами в обучении, который хорошо играет в футбол и уверен, что настоящий его отец – футболист из Премьер-лиги. Поэтому он старается связаться с ним, оказывается отвергнут, а потом осознает, что ему не нужна отцовская ролевая модель, поскольку у него хватает своих внутренних сил. В общих чертах.

– Ну, да, и…

– И я не могу это продать, – сказала Минерва.

– Что вы имеете в виду?

– То, что я обошла этот город вдоль и поперек, на коленях.

Я просила, умоляла, рыдала – и никто не хочет публиковать еще одну книжку про ранимого слабоумного мальчика. Даже если там есть футбол.

– А. – Филип отпил вина.

Минерва разглядывала его. Он был все еще хорош собой, в этаком стиле чуть помятого сельского викария. В нем до сих пор проглядывал серьезный улыбающийся молодой человек с фотографии на обложках его книг.