И будь что будет! Книга I: Повелитель моря – 1

– Разве я могу нарушить традицию, капитан? Передавайте вахту и приходите, – Анри слегка хлопнул друга по плечу и направился к трапу.

Над трапом показалась золотоволосая голова навигатора Густафа. Жизнерадостный голландец, несмотря на молодость, заслуженно считавшийся опытным, резво взлетел на шканцы и энергично сообщил капитану о своей готовности заступить на вахту.

Не дожидаясь, пока закончится передача вахты, Анри спустился и вошёл в проём полуюта[31 - Полуют – надстройка на юте, ют – кормовая часть верхней палубы.

Служит для размещения кают капитана и его помощников.] мимо слуги, услужливо придержавшего дверь адмиральской каюты.

***

Ветер крепчал. Лазурно-синее днём, море к вечеру потемнело, как и небо. Клонившееся к горизонту солнце золотило немногочисленные облака. Местами их цвет переходил в тёмно-оранжевый, словно кто-то могущественный и очень щедрый посыпал небо цейлонской корицей. Иссиня-чёрные волны вздымались, заставляя корабль взбираться на гребни и потом стремглав падать вниз. Но «Победоносец» упорно стремился вперёд.

Солнце уже почти касалось воды, когда Анри снова поднялся на шканцы. Следом за ним появился капитан Энрике. Сопротивляясь ветру и балансируя на гарцующей палубе, они приблизились к стоявшему у нактоуза Густафу:

– Идём бакштаг, хеер адмирал! Скоро будем в Белисе – уже виден маяк на Птичьем острове и чайки появились! – доложил навигатор и указал яркую оранжево-красную точку на горизонте.

Новый порыв ветра заскрипел такелажем[32 - Такелаж (от нидерл. takelagel – «оснастка») – общее название всех снастей: шкоты, ванты, якорные канаты, буксировочные тросы, фалы, швартов и др.

] и толкнул корабль в корму, словно наездник, подстегнувший лошадь ударом по крупу.

– Сигнал армаде «Строй кильватера», – скомандовал Анри и протянул руку. Густаф незамедлительно вложил в неё зрительную трубу и сразу же после этого удивительно сильным голосом для такого худощавого тела повторил приказ. Как эхо его подхватил стоявший на шкафуте боцман, и над кораблём разнеслись трели боцманской дудки.

Матросы забегали, потянули фал, и разноцветные вымпелы, как красочная гирлянда, полетели вверх.

– Надо бы грота-шкоты подтянуть, – заворчал Энрике и рванул на шкафут, на ходу рыча команды.

Вахтенный матрос аккуратно перевернул песочные часы и сразу же мелодичный звук судового колокола разнёсся над палубой, сливаясь со свистом ветра – один сдвоенный и один простой удар.

– Три склянки[33 - В эту вахту три склянки – 17 часов 30 минут.