Черви

 – Молодцы! Браво, – а мамаша продолжала орать во всю глотку, пока не осип голос.

Она подползает к сыну и начинает бить его по спине. Ее лицо красное, злобное. В глазах нельзя прочитать страх, только злость и гнев. Алина делает отличный удар по спине своего сынишки, но, увы, тот продолжал задыхаться. Какая же досада! На фоне веселой музыки появился голос диктора, который увлеченно комментировал, как игру в футбол.

– Вы только посмотрите на это! – закричал диктор. – Она пытается изо всех сил, но что-то не выходит.

Слабый удар или уже поздно. Эх, Хьюстон, походу поздно. Какая же печаль, какая же потеря для этой команды, как могло такое произойти! Я даже не могу себе представить. Все, кто это видят, поймут. Вы только посмотрите на ее лицо. Она пытается изо всех сил, продолжая дубасить своего маленького ублюдка кулаком по спине. А его лицо уже синее и глаза вылезают из орбит! Вот это игра!! Нет! Нет! Но как грустно всем, что мать не успела спасти маленького ублюдка!

Рот мальчика словно по чьей-то команде открылся, и вывалился язык, такой же синий, как и лицо.

Глаза смотрели прямо на Андрея, словно моля помочь ему.

– Вот это игра! – закричал диктор во всю глотку в микрофон, но веселая мелодия продолжала играть только громче. – Она вообще знала, что делала не так?

Но вся эта иллюзия быстро исчезла, и перед ним встал мальчик, пытавшийся как можно больше запихать в себя. Андрею хотелось, чтобы это поскорее кончилось, и уйти на работу. Поспать он уже не сможет днем, а на работе снова суета и эти коллеги.

Андрею ничего уже не нравилось. Мысль о самоубийстве с каждым новым днем уже не казалась такой пугающей или неправильной. Одна пуля, и все страдания сразу отпадут, зачем так сильно замораживаться. Все пошло по кривой, когда Нина умерла, когда он стоял возле ее могилы и несколько часов рыдал. Все уже потеряно. Андрей не чувствовал воли к жизни, потому что не представлял ее без Нины. Закончить свою жизнь как можно скорее – это не самый лучший вариант, Андрей сам это понимал, но всегда есть проклятое «но».

Его никто не мог оставить. Даже эта тупая женщина. Все именно должно быть так, это воля Божья, а если нет, то что тогда, что все это? Лишь обстоятельства, вынуждающие его делать неопределенные вещи, где ничего хорошим не кончится, конечно, все еще может пойти по-другому.

Мальчик выпил целый стакан какао одним залпом, а потом рухнул, опустив голову. Его мамаша посмотрела на него злобным взглядом, но ничего не сказала.