Последний сон

Я безумно хочу завалить её вопросами, узнать хоть что-то и удовлетворить своё любопытство хотя бы на время. Но никак не могу подобрать слова. С чего начать? Какой вопрос задать? Ведь сейчас самое время попытать удачу – она хочет поговорить. Впервые.

Она уже делала так раньше. Надевала праздничное платье многолетней давности и ходила в нём, занимаясь самыми обычными домашними делами. Возможно, это её попытка вернуться в светлое прошлое (в то время, когда она ещё не встретила отца), отрешившись от серого и депрессивного настоящего.

Когда мама поворачивается ко мне всем корпусом, мой взгляд падает на жемчужное ожерелье на её шее, и я мысленно провожу ещё одну параллель – походит на актрису немого кино. Она осторожно касается ожерелья рукой, когда видит, на чём остановился мой взгляд. А в следующий миг срывает его одним резким движением. Я вздрагиваю и раскрываю рот от удивления. Бусы рассыпаются по полу и катятся в разные стороны, словно игроки, разбегающиеся по полю – под диван, к входной двери, обувному шкафчику и даже под кухонный стол.

– Убери здесь всё, – говорит мама бесстрастно. – На этой неделе денег на клининг первого этажа нет.

Неторопливым шагом она направляется ко мне. Сердце ускоряется, и я сжимаю поручень со всей силы. Тело напрягается, не зная, чего ожидать. Но мама просто проходит мимо, не задев ни плечом, ни взглядом.

Глава 9

Два места на плёнке теперь заняты снимками дицентры; она расцвела розовыми вытянутыми колокольчиками, которые больше похожи на грустные опущенные лица.

Я кладу фотоаппарат на колени, осторожно приподнимаю один колокольчик рукой и, приблизившись, вдыхаю. Запах у цветков нежный, травянистый.

В отличие от меня Приам предпочитает другое название – сердцецвет. Дицентру посадил отец, но так и не застал цветение. Солнце устремляется вверх по горизонту, становится слишком жарко, и я спешу домой.

– Смотри-ка, – говорит Приам, как только я захожу. Он сидит за столом и ест нарезанный дольками апельсин. – Что-то новенькое. Когда купила?

Я озадаченно кручу фотоаппарат в руках.

Что-то в его тоне и взгляде меня настораживает. Он говорит так, будто прежде его не видел.

– Несколько месяцев назад, – отвечаю я, но мой ответ звучит как вопрос.

– Правда? Почему не показывала? Я тоже хочу фотографию. – говорит он и откидывается на спинку стула.

– Но ты его уже видел, – хмурюсь я, перевожу взгляд на фотоаппарат и обратно. – Мы фотографировались на нём, ты даже отвозил меня проявлять снимки.