По следам Драула

Мы даже не ведем войн за ресурсы. Септо обеспечивает остальные города металлом. Орьенте – деревом. Остальные города тоже помогают по мере сил. На юге сознается большая часть изобретений. Центральный город создает места для торговли и способствует поддержанию мира между нами. Так о какой войне может идти речь?

– А если бы твой правитель узнал, что в западном городе, кажется вы зовете его Окта, скрывают большие шахты, наполненные самоцветами? Или что северные горы полнятся золотом? Или что королевская династия центрального города до сих пор таит злобу за постройку остальных городов? Ведь первый король собирался создавать лишь одно государство, где все было бы подчинено ему.

И откуда тебе знать, что войн меж городов никогда не было? Сколько раз переписывалась ваша история? Сколько раз изменялись даты и имена в ваших летописях, известно тебе?

– Откуда вам это знать? Наш разговор превращается в рассказывание небылиц, как в тот раз со стенами внутри гор. Я не верю ни одному вашему слову. В городах спокойно и безопасно.

Наши отношения держатся на доверии и взаимопомощи, и ни один город не посмеет развязать войну. Это будет невыгодно как самой стране, так и её ближайшим соседям. Ни один правитель не пойдет на столь глупый и необдуманный шаг.

– Я уже говорил, юноша, мы знаем все. Память первого короля уже давно записана в историю. Как и Память сотен других королей. У всех них были секреты. И каждый из них хотел независимости от остальных и подчинения для себя. Это свойственно людям. Алчность до власти и богатств.

Ты не знаешь ни о ночи, когда Центральный город взял в долгую осаду Восток, ни о днях, когда Север разорял торговые караваны союзников. Всё это прячется от вас, и твоё неверие не столько результат незнания, сколько результат сокрытия истины теми, кому хватило на это сил и власти.

Вне себя от непонятной ярости, я вскочил с насиженного места. Разговор ведь начинался так легко и непринужденно. Ему нравится злить меня? Или он считает, что делает благое дело, открывая знания, которые должны быть сокрыты? Знаниям, что сидели во мне годами противопоставили слова старика из глухой лесной деревни.

Нет смысла верить им, но и категорично отрицать возможную правоту старейшины я не посмел.

– Даже если вы и правы, что, конечно же, не так, я не хотел знать всего этого. Мне плевать на золотые запасы и драгоценные камни. На мировое господство и монаршие секреты. На старые войны и архивы, заросшие пылью. Мне всё это не нужно, это прошло.