Сирена. Сопротивление

Найдя в себе немного сил, я осторожно спустилась со скалистого выступа и села за ним с противоположной стороны от океана. Следить за горизонтом я больше не могла, не хотела. Казалось, я никогда не осмелюсь повторить подобное. Уж лучше пропаду как мои Матери.

Постепенно солнце опустилось за горизонт и унесло с собой дневной свет. Но, несмотря на предыдущую бессонную ночь, я не могла сомкнуть веки. Четкие лица погибших людей, оставивших отпечаток в самом центре сознания, тут же всплывали передо мной.

К утру мои глаза, казалось, излили всю влагу, что в них содержалась.

Откинув голову на остывший за ночь серый камень, я повернулась навстречу солнцу, нежно согревающему мою кожу. Дрожащее от бесконечных слез тело понемногу успокоилось. Я провалилась в неглубокий, но приятный и желанный сон.

Спустя какое-то время, хруст веток и знакомый голос, звавший по имени, вернули в реальность.

– Дестини! – выкрикнул он. – Дес, где ты?

Я попыталась подняться, но затекшие ноги не слушались. Их словно тысячи игл пронзили разом.

Вернувшись в исходное положение, я немного растерла стопы ладонями. В этот момент из-за деревьев показался Алли. Заметив меня, он бросился навстречу.

– Дес, как ты? Ты ночью так и не вернулась. Я волновался.

В ответ я молча уставилась на него, но не выдавила ни слова. Он обхватил мою почти безжизненную руку и с искренним сожалением продолжил.

– Я боялся, что ты не примешь это, будешь сопротивляться своему предназначению, но теперь вижу, что ты сделала все как надо.

Вот что он имел в виду, когда просил быть готовой ко всему. Он знал, что я сирена. Давно знал, но не говорил.

– Стил, вчера пришла немного не в себе. Марвелл молчит, всю ночь не спала, – продолжал Алли. – Знаешь, Фортуна просила не ходить к тебе, говорила, это не имеет смысла. И сколько я не просил сообщить, где ты находишься, она так и не дала ответа. Я едва нашел тебя.

За эти сутки во мне почти не осталось сил. Видимо именно эта сегодняшняя энергия била ключом вчера, когда появился тот корабль.

Мне хотелось разозлиться на Алли, и даже обидеться, хотелось криком прогнать его прочь, но единственное на что хватило сил, это тихо, еле слышно, попросить его уйти. К счастью, Алли не стал уговаривать. Лишь поднялся, предупредил, что если к вечеру я не буду дома, он вернется сюда и уже не оставит меня одну, после чего неслышно растворился в темно-зеленой листве.

После полудня я все-таки решила уйти с берега и медленным шагом воротилась домой.