Кассандра и Блэр в Академии магии

– Что ты здесь делаешь? – спросил парень.

Моей единственной целью стало «Бежать!». В секунду превратившись в лисицу, я юркнула в вентиляционный канал, по трубам дымохода спустилась до подвала и выбралась наружу через маленькое отверстие. Никогда в жизни я не бежала так быстро, словно, за мною гналась сама Смерть. Позволила себе остановиться только, когда Академия оказалась далеко позади, и виднелись только ее острые шпили. Дыхание сбилось, сердце бешено колотилось, но в голове настойчиво пульсировала мысль: «Ты попалась, теперь жди неприятностей».

Блэр

– Блэр, мы с отцом ждем тебя внизу, поторапливайся, – монотонно, как и всегда, объявила мама.

Они заставляют меня ехать в Лавку Грима, выбирать всякие принадлежности для первого и последующего дня пребывания в Академии магии. Ни один член нашей семьи за десятки поколений не нуждался в обучении, потому что мы потомственные волшебники с рождения. Мне повезло куда меньше: магия отказывалась подчиняться до десяти лет, а после только ее маленькие отголоски помогали матери не до конца смешивать меня с грязью.

Карнелия, так зовут мою невыносимую родительницу, всегда стыдилась, что чадо не имеет таких сил, как у нее или кого угодно из нашего рода.

Получая непрекращающиеся нарекания в свою сторону, я превратилась в абсолютно черствую и холодную натуру. Проще хранить свои чувства за кромкой льда, нежели оголять их каждый раз, в желании уловить малейшее тепло от матери.

Иногда даже кажется, что способность любить не уготована мне точно так же, как и магический дар.

Единственное преимущество, выбивающееся за рамки, – моя идеальная внешность: блестящие, словно метал, черные волосы, струящиеся до самого пояса, подчеркивали безупречную осанку, выделяющую меня на фоне остальных низкопробных девиц. Карие глаза, обрамленные тысячью длинных пушистых ресничек, кокетливо смотрели вглубь любого человека. Маленький носик и умеренно пухлые губки дополняли мой свежий и в то же время утонченный образ.

Я знаю себе цену, как и знаю, по какой причине могу есть и не толстеть, – гены. Моя мама, какой бы мегерой не была, всегда выглядела неотразимо и безукоризненно. Мне с детства нравилось быть на нее похожей, но сейчас любое сравнение приводило в бешенство. Обычные люди боятся пауков или мышей, мой самый главный ужас – стать в будущем такой же, как Карнелия.

– Ты все еще не одета? – в комнату вошел мой папочка, самый добрый и ласковый человек в мире.