Кассандра и Блэр в объятиях снежной бури

Почему я должна скрывать этот факт, защищая чувства Ириса? О моих чувствах он не подумал!

– Зачем же ты примчалась к пилигримам? Вернуть Ирису память? – не уловила смысла моих поступков Азалия. Я понимала ее недоумение.

– Нет, я не знала о его забвении.

– Значит, ты просто побежала вслед за парнем, который не позвал тебя с собой? – усмехнулась эльфийка, – Странное побуждение.

Оставшись со своими мыслями, начала рассуждать, как могу использовать время, проведенное среди повстанцев. Они, явно, планируют нападение, в ходе которого пострадают невинные жители Безоблачного королевства, а совсем не Нумибус и его союзники.

Мне нужно убедиться, что я права, и остановить диких эльфов.

Чтобы не вызвать подозрений, я занялась сбором трав для лечебных снадобий. Захари не передавал мне никаких знаний, но мне и без него были известны многие рецепты. Дикие фейри придерживались архаичных взглядов и лечили раны только эльфийской мазью, которая спасала далеко не от всех недугов. Мои лекарства оказывали более действенный эффект, и вскоре мятежники начали мне доверять.

Азалия не рассчитывала на такой исход. Она продолжала задевать меня, но ее издевки не имели для меня никакого значения.

– Ума не приложу, почему она так на тебя взъелась, – качал головой Ирис, – может, потому что ты талантливее ее.

– Давно вы вместе? – неожиданно спросила я.

– С пятнадцати лет, но на первом курсе Академии расставались, и недавно сошлись вновь.

– И за все годы в Академии у тебя никого не было?

– Никого, кто бы затронул сердце.

Что насчет тебя?

– Я любила только раз, но этот человек меня забыл.

– Что за вздор? Тебя невозможно забыть! Тот парень просто глупец!

Я грустно улыбнулась, раздосадованная иронией, ведь Ирис даже не догадывается, что чертыхается в свою сторону. Юноша вдруг присел передо мной на корточки и нежно взял меня за подбородок.

– Ты бесконечно талантливая, смелая и… красивая, – произнося последние слова, Ирис не отрывал взгляда от моих губ. Мое дыхание замерло, а веки начали томно опускаться.

Ирис резко выпрямился, разрушив интимность момента между нами. Взяв себя в руки, осмелилась посмотреть на него. Юноша выглядел взволнованно. Он растеряно провел рукой по волосам, прежде чем заговорить:

– Я не понимаю, что со мной происходит. Меня неимоверно тянет к тебе, и это сложно контролировать. Я не знаю, что делать.

– Ирис, – позвала я и, дождавшись зрительного контакта, продолжила, – все в порядке, я от тебя ничего не прошу.