Продолжай трогать меня

– Доминика, ты меня совсем не хочешь? – возмутился в шутку Эдриан, не обнаружив привычной влажности после его будоражащих манипуляций.

Муж никогда не заставлял заниматься любовью, но мне хотелось показать, что между нами ничего не изменилось, просто переживания перекрыли все органы чувств.

– Видимо, еще не проснулась, – отмахнулась я, взяв инициативу на себя, взбираясь на красивое тело мужчины.

Медленными движениями наездницы я ощутила привычные шевеление внутри, но оно пропало за секунду, поэтому пришлось снова отыгрывать партию, симулируя томные вздохи.

Эдриан приближался к концу, я же осталась неизменно на старте, всеми силами пытаясь показать, что пребываю в блаженстве.

Резким движением любимый перевернул меня, оказавшись сверху. Смена позиции обескуражила, заставив ждать, когда член Господина вновь окажется во мне.

– Ты переигрываешь, – взревел мужчина, не собираясь продолжать лживую постановку.

– О чем ты? Все было прекрасно, – попыталась оправдаться, потому что гнев на лице любимого испугал до глубины души.

– Хватит! Как долго это продолжается? Ты притворяешься не первый раз?

–Прости…

Я не знала, стоит ли говорить горькую правду, но за меня все сказали слезы.

– Черт возьми, Доминика! Я не тиран! Если ты не хочешь меня…

Я прервала речь растерянного мужчины, целуя его лицо, шею и руки. Говорила, как бесконечно люблю его и как хочу чувствовать все то, что он пытается мне передать через акт близости.

Эдриан внимательно слушал, но ничего не отвечал, стараясь не смотреть в глаза той, что только что буквально предала его. Я чувствовала это, чувствовала себя предательницей нашей любви.

– Тебе сегодня на работу, я подвезу, – единственное, что ответил мужчина на монолог отчаяния.

Молча доехав до галереи, мы попрощались точно на такой же холодной ноте.

– Ника, я всегда радуюсь твоему приходу, но сегодня ты какая-то замученная. Уверена, что сделала правильный выбор, придя сюда? – поинтересовалась осторожно миссис Дэвис.

– Да, если позволите, хочу приступить к изучению материалов о новых картинах, – ответила я, пытаясь улыбаться.

Врожденное чувство такта не позволило начальнице задавать еще вопросы. Она предоставила мне все необходимое, чтобы забыться в рутине бумаг, не думая об ужасной жизни, которую я и сама начала себе организовывать.

Нужно было сразу признаться Эдриану об отсутствии оргазма.