Путь эльфийской королевы

– Когда-то очень давно дриады взяли сестру Нумибуса к себе на воспитание. Возможно, он чувствует некую признательность. Но никто не знает, где сейчас его сестра: умерла или такая же долгожительница, как и брат.

Коалиция бессмертных родственников, стремящихся захватить все королевства, совершенно не прельщала. Стремление Азалии спасти весь мир могло бы прорасти с неуловимой скоростью, но она все же сфокусировалась на более локальных вещах.

– Начнем урок исцеления? – казалось, эльфийка спросила лишь для вежливости, но на этот вопрос могла принять только положительный ответ.

Киллиан по-доброму усмехнулся: нетерпеливость девушки разнилась с теми качествами, какие он привык видеть в окружающих его людях, – дриады практиковали смирение, выдержку и спокойствие. Юноша сел на землю, скрестив ноги, потом жестом предложил Азалии сделать то же самое.

– Для начала тебе нужно успокоить свой разум, – сказал дриад.

– Я и так спокойна.

– Вряд ли. Твои мысли так и сбивают меня с ног. Закрой глаза, дыши глубоко.

Азалия нехотя последовала указаниям учителя. Сосредоточиться не получалось, и девушка время от времени подглядывала, действительно, ли Киллиан соблюдает правила, а не надсмехается над ней. Потом она закрыла глаза, стараясь задержаться в этом состоянии дольше. Незаметно эльфийка упала в омут беспорядочных слов и волнений. Война, родители, детство, академия, Хашир, раненые, Ирис, одиночество, Нумибус, всевозможные образы сталкивались, вытесняя друг друга, затем сливались воедино, начиная голосить оглушающей какофонией.

Девушка почувствовала напряжение, ей стало некомфортно в собственном теле, захотелось резко встать и уйти, но, даже предайся она порыву, уйти бы не смогла из-за закрытого замка. При осознании, что находится за решеткой, Азалия задрожала, сердце ускоренно забилось, а в душу проскользнул ужас. Она уже хотела вскочить на ноги, чтобы хотя бы попытаться стряхнуть с себя эти некомфортные ощущения, но вдруг почувствовала, как Киллиан взял ее за руки.

Его теплое прикосновение прогнало беспокойство, а эльфийка смогла расслабиться. Постепенно мысли одна за другой стали становиться все более прозрачными, а потом и вовсе превратились в еле уловимую фоновую мелодию, а внимание сосредоточилось на абсолютной внутренней тишине.

Киллиан разорвал физическую связь, и Азалия открыла глаза, возвращаясь в реальность. Она, действительно, чувствовала себя лучше, словно выпила успокаивающий настой из трав.