В ожидании свободы

Если бы Адам не подоспел вовремя, ее дочка осталась бы без матери. Все эти мысли носились в голове Кристины, пока она наблюдала за Рут и Адамом. Мужчина соорудил для дочери погремушку, и теперь она не отлипала от этой диковинки.

– Завтра нашей малышке полгода, не ходит устроить праздник? – оторвавшись от Рут, произнес Шерхан.

Этот вопрос показался Кристине настолько обычным, естественным и гармоничным, что девушка, не задумываясь, кивнула. Неужели у Рут будет собственный первый праздник?

Мысль грела молодую маму, которая всю недолгую жизнь дочки винила себя за отсутствие искренних радостей.

С самого появления на свет Рут видела в глазах матери боль, удушающую грусть и скорбь. Нервы расшатали не только психику Кристины, но и отразились на отсутствии молока в груди девушки. Ей пришлось кормить Рут смесью, от чего чувство вины только усилилось. Она всерьез боялась, что связь матери и дочери пропадет или вовсе не возникнет.

– Хочу много шариков и красивый торт, – озвучил предложение Адам.

Кристина расплылась в улыбке, потому что сможет угодить не только отцу ее ребенка, но и собственной матери.

– Конечно! Я испеку пирог или торт, что пожелаете! Здорово Адам придумал с этим праздником! Джек, заколи свинины, у нас завтра будет торжество, нужно замариновать мясо заранее! – крикнула воодушевленная Тереза.

Настрой Кристины моментально улетучился. Мама знала неприязнь к убою скота дочери, но намеренно это игнорировала. Зато Адам мгновенно уловил грустить любимой, а затем позвал выйти подышать свежим воздухом.

Они встали возле загонов с лошадьми, любуясь добрыми существами, которым не угрожала опасность быть съеденными.

– Я знаю, ты мечтаешь о своем ранчо, и, я обещаю, оно у нас будет! – произнес Адам решительно.

Кристина поразилась, что недооцененный ею мужчина разделяет желание быть ближе к животным и природе. Брак с Итаном заставил забыть о подобных фантазиях, а теперь нашелся человек, готовый ради нее на все.       Прилив любви и трепета заполнили душу Кристины без остатка.

Она сама бросилась на шею к Адаму, а потом уделила внимание и губам. Поцелуй показался для Шерхана глотком свежего воздуха: последний раз, когда он чувствовал ее губы, они отдавали сухостью и враждебностью. Сейчас же Кристина сама излучала желание и веру.

– Это за что? – несвойственно скромно поинтересовался Адам.

– За то, что не перестаешь бороться за нас! – пылко заявила Кристина, но тут же смутилась своего напора.