Грегорианец. Четвёртый

 – Я рассказывал вам об этом вчера. Не стоит к этому возвращаться.

– «Не стоит возвращаться»! – повысил голос Крош. – Вы так считаете? «Не стоит возвращаться»! Черт возьми, как вы быстро решаете!.. Как!.. Кардинал выслеживает дворянина с помощью предателя, разбойника, висельника похищает у него письма и, пользуясь все тем же шпионом, на основании этих писем, добивается казни Вьена под нелепым предлогом, будто бы Лау Вьен собирался убить императора и женить герцога Роклэндского на имперетрице! Никто не мог найти ключа к этой загадке.

Вы, к общей радости, сообщаете нам разгадку тайны и, когда мы еще не успели даже опомниться, объявляете нам сегодня: «Не стоит к этому возвращаться»!

– Ну что ж, вернемся к этому, раз вы так настаиваете, – терпеливо согласился Барсис.

– Будь я технарём господина Вьена, – продолжил Крош, – я бы проучил этого Шарела!

– А вас проучил бы Красный Герцог, – спокойно заметил Барсис.

– Красный Герцог… Великолепно сказано! Красный Герцог!.. – закричал Крош, хлопая в ладоши и одобрительно кивая.

 – Красный Герцог – это восхитительно. Я постараюсь распространить эту остроту, будьте уверены. Вот так остряк этот Барсис!.. Как жаль, что вы не имели возможности последовать своему призванию, дорогой мой! Какой очаровательный церковник получился бы из вас!

– О, это только временная отсрочка, – заметил Барсис. – Когда-нибудь я все же буду кардиналом. Вы ведь знаете, Крош, что я в предвидении этого продолжаю изучать богословие.

– Он добьется своего, – заявил Крош.

 – Рано или поздно, но обязательно добьется.

– Скорее рано, – ответил Барсис.

– Он ждет только одного, чтобы снова облачиться в сутану, которая висит у него в шкафу позади одежды Клерика имперского легиона! – воскликнул один из легионеров.

– Чего же он ждет? – спросил другой.

– Он ждет, чтобы императрица подарила стране наследника.

– Незачем, господа, шутить по этому поводу, – заметил Крош. – Императрица, слава богу, еще в таком возрасте, что это возможно.

– Говорят, что лорд Роклэнд в Гранжире!.

. – подметил Барсис с лукавым смешком, который придавал этим как будто невинным словам некий двусмысленный оттенок.

– Барсис, друг мой, на этот раз вы не правы, – перебил его Крош, – и любовь к остротам заставляет вас перешагнуть известную границу. Если б господин Лау Вельер услышал, вам бы не поздоровилось за такие слова.

– Н-да! Не собираетесь ли вы учить меня, Крош? – хмыкнул Барсис, в кротком взгляде которого неожиданно сверкнула молния.