Проклятое чудо

– Дэлим, ты ведь это несерьезно? Тебя обокрали? Рабыня? Чья она?

В бархатном голосе явно чувствуется сомнение.

– Мне-то откуда знать? Впервые вижу. Но пока разыскивал её, узнал, что некая подданная, по описаниям очень похожая на неё, ходила по твоей кухне и раздавала там приказы, словно имела на это право. А потом и вовсе набрала еды и слиняла.

Сади лежит на полу с закрытыми глазами. Она больше не чувствует нож, он выпал из-за пояса юбки, когда её сюда тащил Дэлим. Так ещё получается, что она показала своё нижнее бельё всему Дорт Норту.

Раньше за подобное она бы стала популярной. Старая Норна всегда говорила, что были времена, "чем сильнее опозорился, тем известнее стал". Вот только Сади живет в настоящем времени, "чем незаметнее был, тем дольше прожил".

– Имя, – говорит бархатный голос, и Сади всё же принимает сидячее положение, расправляет юбку вокруг ног и склоняет голову в поклоне.

– Сади, – отвечает она.

Рабыня не смеет поднять голову и посмотреть в глаза демону.

Сади чувствует, насколько в помещении тяжелая аура всевластия. Не нужно жить в Дорт Норте, чтобы понять – демон с бархатным голосом тут главный господин. Перед ней сам Асмодей.

– Кто твой хозяин, Сади? – спрашивает он.

– Он просил не упоминать его имени без позволения.

Это единственное, что она смогла придумать. Сади не может сказать, что сбежала от хозяина. В этом демоны и ангелы на одной стороне, и законы у них едины. Если демоны узнают о её побеге, то убьют, а так она получит какое-то наказание.

Может, господин Дорт Норта решит разыскать её хозяина, или же просто прогонит из города. В случае вынужденной лжи шанс на выживание куда более велик. Правда же убьёт её на месте.

Демон с бархатным голосом подходит к Сади и присаживается на корточки. Двумя пальцами прикасается к подбородку, и она поднимает голову. Их взгляд пересекается, и Сади тут же хочет отвернуться. Её точно ждет наказание.

– Понимаешь ли ты, безвольная пташка, что я не смогу просто отпустить тебя? – спрашивает демон, а в голосе слышится сожаление.

– Понимаю, – отвечает Сади и чувствует, как подбородок, там, где холодные пальцы демона касаются кожи, начинает зудеть.

– Какое наказание ты бы хотела понести? – участливо спрашивает он.

Сади хмурится странности вопроса. На лице демона расплывается ленивая и широкая улыбка. Он склоняется к уху Сади и шепчет:

– Я пошутил. Уже всё придумано за тебя.