Легенда

Кайан смеется.

– Хорошим парнем был Метиас. Великолепным учеником. Представьте мое разочарование, когда его включили в городской патруль. Мне он сказал, что недостаточно умен, чтобы быть судьей на Испытаниях и разбираться с результатами детей, которые его прошли. Сама скромность. Метиас всегда был гораздо умнее, чем сам думал. Прямо как вы.

Кайан мне улыбается.

Я киваю. Кайан заставлял меня проходить Испытание дважды, потому что я получила высший балл за рекордно короткое время (один час и десять минут).

Он решил, что я жульничала. Я не только единственная, кто получил высший балл из всей нации. Возможно, только я проходила Испытание два раза.

– Вы очень добры, – отвечаю я. – Но мне никогда не достичь уровня брата.

Движением руки Кайан меня прерывает.

– Глупости, моя дорогая, – говорит он и наклоняется неприятно близко. В его улыбке есть нечто масляное и противное. – Я сам подавлен тем, как погиб Метиас, – авторитетно заявляет Кайан. – От рук Дэя, этого малолетнего ублюдка. Какой позор! – Он щурит глаза, и его кустистые брови кажутся еще более густыми.

 – Я так обрадовался, когда командир Джеймсон сообщила мне, что выслеживать Дэя будете вы. Его случай требует свежего взгляда, и вы как раз для этого подходите. Какая занимательная первая миссия, а?

Я ненавижу Кайана всем своим существом. Томас заметил мое напряжение и сжал мою руку под столом. «Просто потерпите», – пытается он этим сказать. Наконец Кайан отворачивается, чтобы ответить на вопрос своего соседа. Томас похлопывает меня по плечу и наклоняется к самому уху.

– У Кайана личные счеты с Дэем, – шепчет он.

Я перевожу взгляд на Томаса.

– Правда? – шепчу в ответ.

Томас кивает:

– Это Дэй оставил ему шрам от уха до подбородка.

«Неужели?» Я не могу сдержать удивления. Кайан крупный мужчина и проработал в администрации Испытаний дольше, чем я себя помню. Он опытный работник. Неужели парень-подросток действительно мог так сильно его ранить, а потом сбежать? Я смотрю на Кайана и изучаю шрам на его лице.

Ровный порез, сделанный ножом. Вряд ли Кайан стоял бы смирно, пока кто-то резал ему кожу, а линия очень прямая, должно быть, это произошло быстро. На мгновение, всего на долю секунды, я оказываюсь на стороне Дэя. Радуюсь тому, что он сделал с Кайаном. Я бросаю взгляд на командира Джеймсон, которая не сводит с меня глаз, словно знает, какие мысли посетили мою голову. И чувствую тревогу.

Томас снова касается моей руки. Он ободряюще мне улыбается.