Смерть на винограднике

Переведя дыхание, он спросил:

– Откуда у вас это умение ценить вина?

Он чуть было не сказал «поэзию вина», но уже понял, что его молодой собеседник в лишних похвалах не нуждается.

– А вот это самое интересное! Всему этому я научился, ни разу не попробовав лучшие вина. В тюрьме.

Верлак вскинул бровь.

– В тюремной библиотеке?

Он был уверен, что дегустации вин не входят в программы реабилитации – в отличие от писательского мастерства и уроков тенниса.

Тебо кивнул.

– Я читал, читал безостановочно. Перечитав всю нашу библиотеку, стал спрашивать книги на английском и благодаря винам учился языку.

Я знал все о венгерских токайских и итальянских тосканских винах, не успев ни разу попробовать их: знал, как их делают, кто делает, каким должен быть вкус. Эти познания вытащили меня из тюрьмы до окончания срока и дали силы, чтобы жить дальше, несмотря на ту грязь, в которую я там окунулся. – Месье Тебо скривился и слегка встряхнул головой, словно отгоняя тюремные воспоминания.

– И теперь вы живете честно.

 – В утверждении Верлака слышался оттенок вопроса.

Эксперт по винам рассмеялся.

– О да! Больше незачем красть вина – мне по карману покупать их. К моменту выхода из тюрьмы я знал о винах столько, что мог покупать и продавать их законно и выгодно. Благодаря хорошему английскому я давал советы иностранным покупателям, и поскольку о винах я узнал раньше, чем попробовал их сам, то располагал уникальным опытом и мог предложить то, чего больше не может ни один эксперт.

Верлак склонил голову набок.

– То есть у вас не было пристрастий?

– Вот именно, дорогой мой судья. Вы один из немногих, кто понял это. Я не отдавал предпочтения какому-либо региону. Для меня происходящее было манипуляцией числами, и я знал в ней толк. Естественно, с тех пор я изменился, и теперь у меня появились пристрастия. Но раньше они отсутствовали.

– Удивительно, – совершенно искренне произнес Верлак. Ему нравились истории, в которых герой, несмотря ни на что, ухитряется преуспеть, однако он считал историю эксперта весьма нетипичной для Франции, помня о том, как французы ценят тщательный выбор учебного заведения, правильный акцент, хорошую семью.

Ипполит Тебо был экспертом по винам, который вырос отнюдь не в семье виноделов в Бордо, он не учился в престижной школе и, само собой, не располагал связями, если начал карьеру официантом.

– Вам бы мемуары писать, – добавил Верлак.

– Уже написал! – усмехнулся Тебо. – Как раз сейчас подыскиваю достойное заглавие.