Восемь дней

То время, когда мама владела своим салоном красоты, а отец имел рыболовный промысел.

– Сколько тебе было?

– Десять лет, – точно знала Хитоми. Не только свой возврат, а точную дату и время, когда её жизнь поменялась на до и после: – Двадцать третье сентября. Папу не успели спасти, и он погиб сразу, на месте. А мама… мама не справилась со всем этим, – вспоминая ужасные события тех лет, она закрыла глаза, копаясь в воспоминаниях и собирая их по полочкам. Она открывала каждую баночку с воспоминаем, которые долгое время пылились где-то внутри.

 – Продала всё, что у нас было. Только бизнес отца остался у дедушки и бабушки, а нам… хватило лишь на трейлер в округе Форт-Лодердейл.

– Хитоми, – женщина протянула ей стакан с водой. – Ты упоминала бабушку и дедушку.

– Да.

– Ты знаешь где они?

– Нет. После всего, что произошло, они разорвали отношения с нами, – грустно вспоминала Ньюман. – Мама говорила, что они отказывались помогать. Поэтому, я не хочу про них говорить.

– Хорошо, – Розита кивнула, не сводя глаз с девушки. – Как вы справлялись?

– Никак, – пожимая плечами, Хитоми опустошила стакан с водой и поставила его на стол, запустив руки в волосы. – Мама спускала большую часть денег на выпивку и что-то более серьёзное.

– Что ты чувствуешь, когда вспоминаешь тот промежуток времени?

– Страх, – повторилась она. – Я снова и снова сижу одна у нашего трейлера, смотрю, как соседи изучают меня взглядом и спрашивают вопросы.

Вопрос за вопросом… А её нет. Она ушла.

– Куда ушла?

– Я никогда не знала. Но когда она приходила, всё заканчивалось.

– Что заканчивалось?

– Всё, – обобщила брюнетка, посмотрев в глаза Розиты. – Вообще всё, – женщина напряглась от такого тяжёлого взгляда Хитоми и немного вжалась в кресло.

Проведя рукой по-своему же колену, психолог старалась собраться и всё же спросить:

– Что они делали? – не говоря «соседи», она старалась расположить разбитое сердце Ньюман как можно ближе к себе.

Но видя реакцию и беглые глаза, молча сглатывала. – Я не представляю, как тяжело тебе сейчас, Хитоми, но как только ты поделишься тебе станет легче.

Хитоми молчала, а воспоминания бились в голову, как тупой нож об камень. Закрыв глаза, она почувствовала полную безысходность, но тихо прошептала:

– Меня изнасиловали в тринадцать лет в своём же трейлере.

Женщина ужаснулась, сняв очки.