В камере с призраком

И, обнаружив это открытия, я поднялась на ступеньку, оказавшись недалеко от своей цели – стула, куда я стремилась поскорее сесть, не в силах больше нести такой тяжкий груз в виде своего тела.

– Семенова! Только не убейся! – Крикнул на меня Альберт Эдуардович. – Тебе еще репортаж отчитать!

Я кивнула куда-то в сторону стены и начала глазами искать стул. Я слышала шепот у меня за спиной: «Что это с ней?», «Может заменить ее кем-нибудь?», «Она совсем растеряна». Если честно, от таких комментариев хотелось расплакаться.

«Они ведь сами меня заставляли это сделать? Зачем же осуждать человека вот так сразу?» Хотя, я была бы рада, если б меня заменили. Я лучше буду спокойно, как и прежде, сидеть на своем стульчике и набирать статьи: свои и чужие.

– Ника, не переживай! Все будет хорошо! – услышала я шепот где-то рядом. – На вот, попей водички.

Теперь мне хотелось расплакаться от доброты и понимания Прохорова. Это он подошел ко мне с полным стаканом. Именно в простой человеческой поддержке я нуждалась сейчас, в добром слове.

Я начала жадно глотать предложенную мне воду.

– Ника, тебя никто не торопит. Постарайся привести мысли в порядок. Открой глаза, освободи их от пелены и осмотри всех кругом. Здесь не так много людей: пара операторов, звукорежиссер, начальник, я и Лена с Игорем, текст которых ты будешь читать. И помни, твоя информация – лучшая! Разве тебе не хочется ее подать красиво? Не бойся ошибаться! Это не прямой эфир, да и в прямом не бойся. Представь, что ты рассказываешь информацию подруге за чашечкой кофе.

 – И, похлопав меня по плечу, Петр добавил – Удачи, Ника!

После этих слов я будто бы вновь почувствовала почву под ногами. Нет, они не перестали биться друг об друга, а челюсть, хоть и меньше, но сводило. Зато я почувствовала себя не загнанным в угол зверем, а человеком, к которому приковано внимание всех в этой студии. Вон Альберт Эдуардович смотрит на меня и кивает в знак одобрения, прям передо мной оператор, который увидев мое внимание к нему, показывает большой палец, поднятый вверх в знак одобрения, другого оператора почти не видно за камерой.

Звукорежиссер – молоденькая девушка – с каким-то удивленным выражением лица, будто впервые сюда попала, смотрит то на меня, то на обстановку вокруг. Лена – молодая и симпатичная, отчего смотреть на нее всегда было легко и приятно – улыбается мне, а Игорь подмигивает.

Рядом с ними встал и третий журналист, который был для меня сейчас особенно дорог – Прохоров Петр.