Самая желанная

Большинство мужчин, наверное, очень огорчились бы, потеряв возможность жениться по собственному выбору, но для него это не имело значения. Он уже на протяжении последних десяти лет знал, что никогда не сможет жениться. Но никакая логика не могла избавить его от чувства вины, когда он думал о беспомощном ребенке, девочке, которую он изнасиловал. И ни выпитое виски, ни праведный гнев не могли быть оправданием его ужасного поступка. Это происшествие станет еще одним крестом, который ему придется нести.

Раскаяние терзало его, а решение отправиться в Индию, стать самостоятельным человеком и построить новую жизнь, освободившись от прошлого, казалось сейчас глупой фантазией.

Джервейз никогда не доверял интуиции, но в эти минуты, глядя, как темный берег острова Мулл скрывался позади него в предрассветном тумане, не мог избавиться от тяжелого чувства обреченности. Где-нибудь когда-нибудь в будущем ему придется дорого заплатить за свою глупость этой ночью и непростительную потерю контроля над собой.

Глава 1

Йоркшир, январь 1806 год

На поросших вереском возвышенностях Йоркшира ветер дует непрестанно.

Весной ветер приносит надежды, летом он нежный, как ласка любовника, а осенью в нем сквозит сожаление. Сейчас, в разгар зимы, ветер был порывистым и ледяным, он то и дело сотрясал ставни, угрожал дверям, испытывал на прочность все сделанное руками человека. Но коттедж Хай-Тор стоял прочно и уже сотни сезонов противостоял любым ветрам, а его толстые каменные стены были теплым раем для живших здесь людей.

Ресницы мальчика затрепетали и сомкнулись над его голубыми, словно лазуриты, глазами. Диана Линдсей нежно коснулась темных волос сына, чувствуя их шелковистость, потом села на стул рядом с кроватью – дожидаться, когда он крепко заснет. Бо?льшую часть времени – когда она управлялась с неугомонным пятилетним мальчишкой, с его запросами и порой ужасно раздражавшим ее своим поведением, – она не думала о том, как сильно любит Джоффри. Но в такие периоды, как этот, когда у него случался сильный припадок, нежность переполняла ее, и даже больно было сознавать, как дорога ей его жизнь и насколько она хрупка.

Болезнь сына причиняла Диане много беспокойства, и порой она приходила в отчаяние, однако неизменно брала себя в руки.

Вскоре дыхание Джоффри стало глубоким и ровным, и Диана встала, собираясь выйти из комнаты. Она могла бы просидеть так всю ночь, просто глядя на сына, но это было бы с ее стороны проявлением слабости.