Самая желанная

Диана пошла на голос, подняв фонарь над головой: надеялась, что кричавший сможет ее увидеть. Или не сможет? Увы, сквозь слепящую белизну трудно было что-либо разглядеть.

Один раз Диана споткнулась и упала на колени, едва не уронив фонарь. Когда веревка кончилась, она остановилась и стала махать фонарем и кричать, пока не охрипла. Она уже готова была сдаться, когда из темноты вдруг выплыла покачивавшаяся женская фигура, закутанная в плащ с капюшоном. Диана обхватила одной рукой хрупкое изможденное тело и, стараясь перекрыть шум ветра, прокричала:

– Сможете пройти еще немного? Здесь недалеко!

Женщина кивнула и с видимым усилием выпрямилась, потом взяла свою спасительницу за руку повыше локтя.

Сквозь пургу, на леденящем холоде, дорога казалась бесконечной, и к тому времени, когда они добрались до коттеджа, Диана совершенно выбилась из сил. Одному богу было известно, как другая женщина ухитрялась передвигать ноги. Но как же она шла в такую ужасную ночь?

Диана едва не падала с ног, когда вошла в кухню и втащила за собой незнакомку.

Встревоженная странными звуками, им навстречу вышла Эдит, на ходу завязывая пояс халата.

– Диана, ради бога, что… – Она умолкла в изумлении.

– Я услышала ее крик, когда подоила корову и возвращалась в дом. Должно быть, она увидела мой фонарь, – прохрипела Диана, усаживая женщину в кресло у огня.

Даже когда плащ незнакомки был запорошен снегом, было видно, что он сшит из дорогого бархата.

Но что могла леди делать на улице в такую ночь?

Диана откинула капюшон и прислонилась к стене у широкого каменного очага. Она все еще тяжело дышала, никак не могла отдышаться. Никогда еще она так не радовалась гостеприимному теплу своей просторной кухни. Приветливо сияли начищенные медные сковородки, а пучки сушеных пряных трав и заплетенный в косы лук, свисавшие с потолка, наполняли воздух своими ароматами.

Эдит же в этой ситуации действовала быстро и уверенно.

Она поставила воду греться, сняла с незнакомки плащ, покрытый снежной коркой, и стала осторожно растирать ее побелевшие руки. Когда вода закипела, экономка заварила чай, добавила сахар и щедро плеснула в горячий напиток бренди. Эдит было под пятьдесят, и сейчас она была в темно-зеленом халате, а свои седеющие волосы заплела в длинную косу, которую перекинула через плечо. Строгие черты лица этой женщины портил багровый шрам поперек щеки.