Самая желанная

Густые волосы отливали красновато-коричневым блеском каштана, а простое платье из синей шерсти не могло скрыть необычайно изящную фигурку, в которой стройность сочеталась с изысканными округлостями. «В Лондоне подобная фигура принесла бы целое состояние», – промелькнуло у Мадлен.

Она мысленно упрекнула себя за такие мысли. Хотя эта женщина обладала редкой красотой и необыкновенной чувственностью, ее прекрасное лицо светилось безыскусной свежестью и невинностью Мадонны. Увидев, что больная открыла глаза, молодая женщина улыбнулась и, отложила в сторону шитье и сказала:

– Наконец-то! Мы очень за вас волновались.

Голос у нее был такой же прекрасный, как и все остальное. Хотя темно-синее платье с высоким воротом отличалось квакерской простотой, манеры и речь этой молодой женщины не показались бы неуместными в лондонской гостиной.

– Не хотите ли чего-нибудь попить? – спросила она.

Мадлен кивнула, чувствуя сухость в горле. Женщина приподняла ее и поднесла к губам кружку с чаем. Медово-сладкий вкус подействовал смягчающе.

– Спасибо, теперь мне гораздо лучше.

Молодая женщина опустила ее обратно на подушки и поставила кружку на столик у кровати, потом сказала:

– Меня зовут Диана Линдсей. Вы находитесь в коттедже Хай-Тор, неподалеку от Клеведена. Вы три дня были в лихорадке.

– Последнее, что я помню… Я увидела свет и попыталась его найти, – пробормотала Мадлен. – Это были вы?

Диана кивнула.

– Да, я доила корову. Выходя из сарая, я услышала ваш голос и пошла посмотреть, что происходит.

Было трудно представить, что такое прелестное создание могло доить коров, но тут Диана приложила ладонь ко лбу Мадлен, и та не почувствовала шелковистой мягкости кожи, присущей рукам женщин, не знавших грязной работы.

– Вы ведь не одна здесь живете?

– Нет, со мной живет мой сын и экономка.

Найти в столь отдаленном месте дом, в котором нет мужчины, – это было весьма необычно, но у Мадлен не оставалось сил даже на любопытство, и она прошептала:

– Меня зовут Мадлен Гейнфорд, и я выросла в Клеведене, а теперь вернулась домой, но… – Ее голос прервался – ей не хватало сил объяснить, почему она оказалась одна среди пурги.

На милое личико Дианы набежала тень тревоги, и она тихо сказала:

– Сейчас вам лучше помолчать и отдохнуть. Для разговоров еще будет время.

Мадлен кивнула, закрыла глаза и снова задремала. И на этот раз ее не мучили кошмары.

Когда больная проснулась, было уже утро.