Самая желанная

Клотильде нравилось давать всем своим девушкам французские имена. Сама она родилась в Гринвиче и никогда не бывала во Франции, но в мире дам полусвета ты можешь называться так, как сама захочешь. Меня при рождении назвали Маргарет, но поскольку Маргарет у Клотильды уже была, я стала Мадлен. Мне это имя понравилось, а позже я поняла, что оно очень даже подходящее. Ведь Мадлен – французский вариант имени Магдалина, то есть идеальное имя для моего ремесла. – Она улыбнулась и вновь заговорила: – Так вот через несколько месяцев работы на Клотильду я оправдала ее веру в мою внешность, когда один пожилой банкир увлекся мною и купил для личного пользования.

– Купил? – изумилась Диана. Она, конечно, ожидала, что рассказ подруги ее шокирует, но не настолько же…

– По сути – именно так. – Мадлен пожала плечами. – Но все это не так ужасно, как может показаться. Меня вполне устраивало, что я ушла с ним, потому что моя жизнь стала намного легче. Он обеспечил меня жильем, а также покупал одежду и все, что мне требовалось.

Кроме того, заплатил мадам Клотильде за то, что она лишилась моих услуг, – так обычно всегда бывает в подобных случаях. Он во всем мне потакал и бо?льшую часть времени обращался со мной как с дочерью, кроме тех моментов, конечно, когда мы действительно… – Мадлен запнулась, не зная, как приличнее выразиться. – Он содержал меня три года и под конец вознаградил очень щедро. По состоянию здоровья он переезжал в Брайтон и сказал, что все равно становится слишком стар для любовницы. Я очень по нему скучала. – Мадлен помолчала, вспоминая о том времени, и на губах ее появилась улыбка. – А после этого, – продолжала она бодрым голосом, – я стала одной из аристократок нашей профессии, так как могла теперь сама выбирать себе любовников. И выбирала я очень тщательно. К тому же у меня появились деньги, поэтому я никогда не жила с мужчиной, который мне не нравился.

Диана молча кивнула. Казалось, Мадлен рассуждала разумно, и ее скандальное прошлое совсем не шокировало.

– Если бы у тебя был выбор, ты бы сделала все это снова? – пробормотала Диана.

Темные брови Мэдди сошлись на переносице.

– Знаешь, я никогда об этом не задумывалась. Тогда я делала то, что нужно было делать, чтобы выжить. После моего падения у меня почти не оставалось выбора. – Она немного подумала, потом добавила: – Став падшей женщиной, я сумела выбраться из нищеты, из той жизни, которая мне никогда не подходила. Так что бегство из Йоркшира – это был выход.