Самая желанная

На мгновение ей пришла в голову мысль о бегстве – Мадлен увела бы ее, – и она еще могла бы отбросить этот безумный замысел.

Диана задержалась в дверях, потому что ей стало страшно, но эта задержка выглядела как совершенно необходимая пауза для более эффектного появления. Мужчины поворачивались посмотреть на нее, и на их лицах отражалась быстро сменявшаяся гамма выражений – от восхищения до неприкрытой похоти. На нее глазели не менее двадцати мужчин и от этого Диана внутренне содрогалась.

Тут Мадлен коснулась ее локтя в знак поддержки, и страхи Дианы отступили.

Она с облегчением выдохнула, и ее сердце забилось ровно и уверенно. Может быть, войдя в эту комнату, она и получит клеймо проститутки, но ни один мужчина не сможет взять ее без ее согласия. С высоко поднятой головой Диана вошла в салон, а Мадлен следовала за ней.

Не прошло и нескольких секунд, как к ней с улыбками начали подходить мужчины, спешившие представиться раньше других.

– Я Клинтон… Риджли, мэм. Всегда к вашим услугам… Майор Коннот, дорогая… Позвольте принести вам бокал шампанского?.

. – звучали мужские голоса.

Диана смотрела на их радостные лица, и вечер вдруг стал казаться простым и приятным, и она уже не понимала, чего, собственно, боялась. Весело рассмеявшись, Диана подала руку ближайшему из мужчин – это был невысокий рыжеволосый молодой человек с кустистыми бакенбардами.

– Добрый вечер, джентльмены, – проговорила она. – Меня зовут миссис Диана Линдсей, и я с удовольствием выпью бокал шампанского.

Рыжеволосый с благоговением поцеловал ее руку, а какой-то лысеющий джентльмен поспешил за шампанским. Третий мужчина, темноволосый, похожий на поэта и очень молодой, просто смотрел на нее во все глаза, и его рот чуть приоткрылся. Они и в самом деле считали ее прекрасной, и Диана впервые в жизни почувствовала силу собственной красоты.

Следующий час – или чуть более – прошел в круговороте лиц. Диана и Мэдди сидели у стены в окружении мужчин, соперничавших за их внимание. Диане почти ничего не нужно было говорить, а каждое слово, которое она все-таки произносила, встречали так, словно это был образчик блистательного остроумия.

Все было восхитительно, и Диана чувствовала себя искрящейся радостью – как шампанское с пузырьками, – однако прекрасно помнила, куда пришла. В противоположном конце комнаты темноволосая женщина и мужчина в военной форме обменивались ласками настолько интимными, что Диана с трудом сдерживалась, чтобы не глазеть на них.