Прелестная бунтарка

Белый флаг перемирия валялся на земле, грязный от множества наступавших на него ног и лошадиных копыт. Калли покачивало от головокружения. Сквозь дыры в разбитой двери она видела, как солдаты поджигают груду сломанной мебели. Пламя сначала мигало, а потом занялось, и его языки взлетели под потолок. Какой-то солдат крикнул:

– Мик, запусти-ка парочку ракет Конгрива!

Тот достал из ранца две ракеты и бросил их в разбитые окна дома. Они громко взорвались, пламя охватило гостиную и начало быстро распространяться по всему дому.

Калли смотрела на это в оцепенении, у нее в голове не укладывалось, что ее любимый дом мгновенно превратился в пылающий ад.

Языки пламени взлетели еще выше, и солдат, который держал Калли, рывком потянул ее подальше от дома, вероятно, не ради ее безопасности, а ради своей собственной. Обжигающий жар чувствовался даже на середине переулка.

Однако худшее было еще впереди. Через черный ход из дома вышел солдат, на ходу отхлебывая бренди из бутылки, которую обнаружил в кладовке.

Он передал ее товарищам, они пустили бутылку по кругу, и она быстро опустела. Тот, кто пил последним, швырнул бутылку в огонь и повернулся к Калли. Его глаза опасно блестели.

– Я считаю, ее нужно вздернуть! Она тяжело ранила моего друга и могла убить генерала Росса. С чего это она должна остаться в живых, когда сегодня полегло столько наших ребят?

Тот, который держал, Калли возразил:

– Позднее. Она хорошенькая, благородных кровей, надо ее использовать.

Давайте покажем ей, из чего сделаны британские солдаты.

Он потянул Калли на себя и одной рукой схватил за грудь. Чувствуя отвращение, Калли принялась отчаянно бороться, пытаясь вырваться. Ей удалось ударить солдата коленом в пах. Он взвизгнул от боли и выпустил ее, но Калли сразу схватили двое других, со звериным выражением лиц. Она ухватилась за винтовку, которую держал один из них, и сумела выхватить ее из его рук. И вдруг чей-то голос с истинно аристократическим произношением свирепо взревел:

– Дьявол вас раздери!

И Калли, и солдаты резко обернулись.

К ним на белой лошади скакал английский джентльмен. Одна только его одежда стоила больше, чем жалованье солдата за целый год. Сверкая глазами, он крикнул:

– Руки прочь от моей жены!

Глава 6

Яркие волосы молодой женщины разметались по плечам, элегантное голубое платье было испачкано в саже, глаза расширены, но Гордон узнал ее мгновенно.