Прелестная бунтарка

– Я определенно оскорблен, – насмешливо произнес Гордон.

– Считай мои слова комплиментом. Мэтью был слабым человеком, но у него был добрый характер. Мне повезло, что он не был грубым скотиной и пьяницей, как многие плантаторы.

– А ему повезло, что ты сумела принять ситуацию и изменить ваш брак так, чтобы это пошло на пользу вам обоим.

– Когда я перестала думать о Мэтью как о своем муже, почувствовала себя гораздо счастливее. После того, как вскрылась правда, мы с Сюзанной даже подружились. Она оказалась милой, доброй женщиной, а в детей я просто влюбилась.

Я позаботилась, чтобы они получили образование не хуже того, какое получили бы законные дети плантатора. – Калли помолчала, а потом тихо добавила: – Когда Сюзанна умирала, я пообещала ей заботиться о них, как если бы они были моими родными детьми.

– Я полагаю, Мэтью официально освободил Сюзанну и своих детей?

– Он говорил, что освободит, но так и не сделал этого. Мэтью ненадолго пережил Сюзанну, и с его смертью положение детей стало опасным.

– Вот почему ты уехала с ними с Ямайки?

– Да, и взяла с собой родителей Сюзанны. Они оба наполовину европейцы, дети плантаторов и рабынь. На нашей плантации Джошуа был дворецким, а Сара экономкой, и они любят детей Сюзанны так же сильно, как я. Я попросила их поехать с нами и выдала им документы об освобождении. Однако юридические проблемы все равно могли быть, потому что у Мэтью есть законный сын от первого брака. Генри был наследником, а он не из тех, кто отпустил бы на свободу ценных рабов.

Гордон наконец понял ее ситуацию.

– Ты переехала сюда и изменила имя, чтобы он не мог найти ни тебя, ни детей? – уточнил он.

– Да. За время нашего брака Мэтью несколько раз возил меня в Вашингтон и Балтимор, так что я знаю оба эти города. Вообще-то Вашингтон скорее не город, а городок, но у него есть перспективы. Или по крайней мере были до того, как англичане решили сжечь его. Балтимор гораздо больше, там у Мэтью был склад и квартира над ним, и я отправила свою семью жить туда.

Теперь мне нужно ехать к ним и позаботиться, об их безопасности.

– Как ты собираешься добраться до Балтимора, когда многие жители Вашингтона сбежали, взяв с собой лошадей, экипажи и повозки?

– Если нужно, пойду пешком, – спокойно сказала Калли. – За два-три дня сумею добраться до города. Надеюсь, меня подвезет какой-нибудь экипаж или повозка.

При мысли, что Калли идет пешком по растревоженной войной стране, Гордон поморщился.