Прелестная бунтарка

Калли купила в коттедж двуспальную кровать, чтобы супружеским парам было в ней удобно, но сейчас Гордон буквально заполнял ее всю, господствовал над пространством и даже, казалось, над воздухом, которым Калли дышала. Он был воплощением силы и мощи, и Калли сознавала, что на ней надета лишь тончайшая муслиновая сорочка, да и на нем – ненамного больше.

Она начала слезать с кровати, но он схватил ее за запястье.

– Кэткин, останься, – тихо попросил он. – Еще не светает, и я тебе обещаю: не произойдет ничего, чего ты сама не захочешь.

Калли колебалась, но потом поверила ему. Кроме того, в это время, среди ночи, когда по крыше коттеджа барабанил сильный дождь, идти ей было некуда. Она снова легла на подушку и натянула на себя легкое покрывало. Калли надеялась, что ее друг не причинил бы ей вреда, но ее пугала мужская агрессия и властность, которые от него исходили. Она подавляла в себе страх еще с тех пор, как сбежала с Ямайки. Но этот прошедший день оживил ее переживания. Положение у нее тяжелое, однако не катастрофическое, и нужно сосредоточиться на реальных проблемах, а не терять голову из-за мужчины.

– Чего я хочу, так это быстрой безопасной поездки в Балтимор, – произнесла она. – Без сложностей с твоей стороны.

– Понял. – Он снова лег лицом к ней. Так он занимал меньше пространства. – Но все-таки надеюсь, что я больше не отношусь к категории «брат».

– Нет. Только не знаю, хорошо это или плохо, – сказала Калли, в душе желая, чтобы он действительно был ее братом. Тогда все было бы гораздо проще.

– Не хорошо и не плохо. Мы больше не дети. У нас есть фундамент прочной дружбы, однако теперь мы взрослые.

В детстве Калли никогда не задумывалась о его голосе, но сейчас поняла, что он довольно красивый. Глубокий, мягкий и опасно убедительный.

– У взрослых меньше времени и доверчивости, а сомнений, страхов и обязанностей – больше.

– Да, и моя обязанность – обеспечить твою безопасность во время войны, что включает воссоединение тебя с твоей семьей.

– С английской семьей или моей настоящей?

– Твои английские родственники платят за эту миссию, но куда ты отправишься отсюда – выбирать тебе.

Когда меня просили взяться за это дело, я ясно дал понять, что даже не попытаюсь заставить тебя приехать в Англию вопреки твоей воле. Хотя, признаюсь, задавался вопросом, размышляла ли ты когда-нибудь о возвращении.

– Я иногда мечтаю об Англии. – Обычно Калли представляла счастливые часы, проведенные с Ричардом. – Зеленой, прохладной.