Танец воров

В свои пять лет он стал свидетелем, как в грудь его матери всадили топор. Он смотрел, как заживо сжигали отца. Его семья хотела поселиться в Кам-Ланто до того, как появились договоры. На тот момент Эбен был слишком мал, чтобы выяснить, кто сделал это, или по крайней мере понять, из какого они королевства. Ему было невозможно найти правосудие, но смерть родителей накрепко засела в его памяти. Когда я лучше узнала Эбена и стала чаще с ним работать, перестала видеть в нем кучера из Превизи. Он стал для меня Эбеном со своими причудами и привычками, человеком с тяжелым прошлым и глубокими душевными ранами.

«Ты сможешь многое исправить».

Для меня эти слова стали поворотным моментом, началом чего-то. Больше всего на свете я хотела доказать свою преданность человеку, который не только дал мне второй шанс, но и подарил второй шанс всей Венде. Королеве.

Была одна вещь, которую я не могла исправить.

Но, возможно, могла бы изменить что-то еще.

Братья и сестры, собирайтесь ближе.

Руки наши коснулись звезд,

Осыпав пылью надежд.

Но работе нет конца,

Ибо все возвращается на круги своя.

Мы должны быть готовы и помнить,

Что спящий дракон пробудится,

Снова пройдет по землям нашим,

Станет искать, чем утолить назойливый голод.

И будет так,

Во веки веков.

    – Песнь Джезелии

Глава третья. Джейс Белленджер

«Все, что находится в пределах видимости твоих глаз, – наша земля. Никогда не забывай об этом. Она принадлежала моему отцу, и его отцу, и отцу его отца.

Все это – территория Белленджеров, и так было всегда, еще со времен Древних. Мы – первородная семья. Каждая птица, парящая над головой, каждый вдох, каждая упавшая капля воды – наши. Только мы устанавливаем здесь законы. Гляди в оба. Следи, чтобы ни одна горсть земли не ускользнула от тебя, иначе ты потеряешь все».

Я аккуратно положил руку отца вдоль его туловища. Кожа была холодной, пальцы огрубели. Несколько часов назад жизнь покинула его. Смерть казалась мне невозможной, странной.

Всего четыре дня назад он был здоров, полон сил и энергии, а потом, взобравшись на лошадь, схватился за грудь и рухнул на землю. Провидица во всем винила его врага, который, по ее мнению, наложил заклятие. Целитель утверждал, что всему виной сердце и изменить что-то было нельзя. Как бы то ни было, но через несколько дней отца не стало.

Кровать по-прежнему была окружена дюжиной стульев, только теперь на них никто не сидел.